Потом тих спросила:

– Так вы с графом и в самом деле обменялись тарелками?

Кэтрин поставила бы все свои карманные деньги на то, что тете про них насплетничала вдовствующая графиня Литтлхевен. Тем не менее она спросила:

– Кто вам об этом доложил? Леди Литтлхевен или миссис Хеншо?

– Обе, – последовал ответ.

«О господи»! – мысленно воскликнула девушка. Что ж, теперь ей придется признаться в столь вопиющем нарушении приличий.

– Простите меня, тетя, – пробормотала она. – Я знаю, что не должна была этого делать. А в свое оправдание могу сказать только одно: я предложила лорду Грейхоку свою тарелку, совершенно не подумав о последствиях.

– Это очевидно, дорогая. Я сделала все возможное, чтобы хоть как-то… сгладить твой промах. Сказала, что ты, наверное, заметила скол на фарфоре графа, поэтому не могла позволить ему есть с поврежденной тарелки. Звучит вполне правдоподобно, не так ли?

Кэтрин невольно рассмеялась.

– Тетя, как вам удалось стать такой находчивой?

– С возрастом, дорогая. В жизни мне много с чем доводилось столкнуться. Только вот ума не приложу, с какой стати ты это сделала… Действительно, зачем тебе это понадобилось?

Тетя Кэтрин была не только находчивой, но еще и любопытной. Но как же отвечать на ее вопросы о лорде Грейхоке? Ведь она и так уже дважды за этот вечер подверглась строгому допросу со стороны Мелбы, Маделин и Пенни, а также и других леди, оставшихся на кофе. К тому же в гостиной дамы непрестанно говорили про графа, и все гадали, что же за причины вынудили его вернуться в столицу после столь долгого отсутствия. И большинство дам были уверены: лорд Грейхок приехал в Лондон, чтобы подыскать себе новую графиню. К счастью, Кэтрин и в гостиной удавалось успешно уклоняться от расспросов о графе, но от леди Лиолы не так-то легко было отделаться.

– Дело в том, что он уже съел свою порцию, но все еще казалася голодным, – ответила девушка, решив, что лучше всего говорить правду.

Тетушка уставилась на нее в изумлении.

– Казался голодным? Дорогая, какая нелепость! Как такое может быть?

– Тетушка Ли, мне очень жаль, но что сделано, то сделано. Теперь мне остается только умолять вас простить меня.

– Да-да, разумеется. Но сейчас дело не в этом. – Тетя протянула руку и ласково погладила Кэтрин по щеке. – Видишь ли, хорошо зная леди Литтлхевен… В общем, боюсь, что этот инцидент появится в бульварных газетах. И герцог станет спрашивать меня, почему твое имя упоминается в светской хронике, но не в связи с помолвкой.

Казалось, тетушка Ли очень расстроилась, и теперь Кэтрин ужасно сожалела о своей дурацкой выходке за ужином.