Взяв в руки перо, весьма напоминающее по цвету оперение рокх, хотя вряд ли в Ильтарии этих птичек пускали на писчие принадлежности, королева некоторое время быстро писала. Присыпав чернила мелким речным песком, она разогрела палочку красного сургуча на свече и поставила на бумаге оттиск своего перстня-печатки с правой руки. Помахав в воздухе листком, Бъянхе, не сворачивая, протянула его Лукасу для прочтения.

«Я, Бъянхе, королева Ильтарии и пр. и пр., одобряю и признаю законными просьбы духа Рогиро Гарсидо, высказанные в разговоре с посланцами Совета богов.

Повелеваю и даю полномочия магистру Альмадору — придворному магу Кантерры, председателю малого круга Посвященных, ректору Университета Магиков, Сарии Айос — главному королевскому библиотекарю, высшему жрецу Зидоро Гарсидо и сеору Хорхесу Гарсидо — начальнику нашей стражи, составить от моего имени соглашение, которое будет подписано и вступит в силу немедля, как только возвратятся в библиотеки похищенные призраком книги».

Лукас быстро пробежал глазами строки документа и одобрительно кивнул, понимая, что королева ограничила круг составителей соглашения уже сведшими знакомство с призраком людьми.

— В высшей степени предусмотрительно, ваше величество! Одно меня только озадачивает, — признался маг.

— Что же, сеор Лукасо? Я что-то упустила? — полюбопытствовала королева и с кокетливой улыбкой добавила: — Если так, не взыщите, это первое соглашение с призраками за всю историю Ильтарии.

— О нет, изложено все превосходно, четко, кратко и точно, — откликнулся маг, возвращая королеве документ. — Но, умоляю, удовлетворите мое любопытство, почему же ваше прошение в Совет богов было создано в столь причудливом стиле, что, пока мы разобрались, чего же именно желают податели сего документа, времени пролетело изрядно?

— Я же говорил, проще писать надо было, — едва слышно буркнул Хорхес.

— Таков высокий стиль ильтарийских летописей зигитианского жречества, принятый издавна, — слегка виновато ответила королева. — Мы решили, что именно так и надлежит взывать к богам, чтобы они откликнулись.

— Решили не мы, а вы с Зидоро, — снова тихо, с легким злорадством добавил начальник стражи.

— Ясно, — обреченно покивал Лукас, понимая, что своими утренними мучениями он обязан исключительно костным обычаям, и очень жалея о том, что доставившему им столько хлопот призраку не придется продираться сквозь причудливые дебри словес, тщась понять хотя бы то, согласилась ли королева Бъянхе с его требованиями или отказала наотрез.

— Хорхес, доставьте эту бумагу сеору Рогиро, кому как не родственнику ее должно вручать, и можете приступать к работе над соглашением.