— Какие слухи?

— О том, что твоя ботанша…

— Осторожнее, Саня! — я чувствую, как у меня проседает голос. — Следи за языком!

— Прости. Что твоя Катя поспорила на тебя с кем-то из девчонок. Ну, знаешь, на любовь и все такое. Мол, превратит Воробышка в дурака. А теперь, когда ты вчера с ней не стеснялся, получается, что она…

— Гай? — я прерываю парня, и он смотрит растерянно.

— Что?

— С каких это пор мой друг стал торговать сплетнями, как худая баба? Если у тебя где-то зудит, ты прямо скажи, я почешу.

— Птиц, да мы же как лучше хотели!

— Еще раз услышу — и ты мне не друг, ясно?

— Ванька, ну чего ты? — Береза берет меня за локоть, но я уже сдернул с подоконника сумку и грубо пихаю его в плечо, освобождая себе дорогу.

— Пошел ты!

— Тебя хотела видеть София, срочно! — слышу вдогонку, но ухожу молча.

Пошло оно все! Сейчас я намерен отсюда свалить, но иду, глядя перед собой прямо — что ж, если у кого-то возникли вопросы, то я готов ответить.

— Иван? Воробышек! Подожди! Я как раз тебя искала!

Мать вашу! И откуда она только взялась?!

Преподаватель по термодинамике выходит из деканата и замечает меня на лестнице.

Пожилая женщина подзывает меня к себе коротким взмахом ладони, отступая в сторону.

— Здравствуйте, София Витальевна, — я подхожу и останавливаюсь перед ней, твердо сжав рот. Неужели сюрпризы на сегодня не закончились?

— Здравствуй, Ваня. — Она снимает очки и складывает их в футляр. Смотрит серьезно. — Я просила тебя зайти.

— Да, мне передали.

— Это насчет Кати. Я знаю, что последние недели вы много времени проводите вместе. Возможно, ты в курсе, что происходит?

— А что с Катей не так? И что происходит?

— Скажи, ты видел ее сегодня? На занятия она не пришла, я звонила родителям, но они удивлены не меньше моего и уверяют, что дома ее тоже нет.

На звонки Катя не отвечает.

Как бы я ни злился на Умку, но сердце пропускает тревожный удар.

— Сегодня нет. Но видел вчера.

— Она тебе объяснила причину своего решения? Сергей Михайлович мне озвучил новость и, честно говоря, — женщина разводит руками, — мы все находимся в состоянии полнейшего изумления. Пойми, Катя не обычная студентка, она лицо и гордость нашего университета. Мы все крайне обеспокоены и отказываемся понимать происходящее.

Кажется, я тоже отказываюсь понимать суть разговора. Я смеряю женщину хмурым взглядом.

— Простите, София Витальевна, но я не вполне понимаю, о чем речь?

— Катя приняла решение уйти из университета. Совсем уйти, Ваня, не сдав даже сессию и бросив все, к чему стремилась. У нее по плану сложнейшая подготовка к Мюнхенской олимпиаде физиков, где показать себя, все равно, что получить билет в большой мир науки. А она вместо этого оставляет секретарю заявление об отчислении.