Ну что за мрачная красота? Величественная.

До дома Вари доехать не получается: вначале мы встреваем в жуткую пробку, а после звонит телефон.

На экране номер нашей экономки, и это всегда дурной знак. Она никогда не звонит просто так, всегда по важному поводу, имя которому Юля. Вот и сейчас я готов голову дать на отсечение, что с женой что-то случилось, и Надежда в панике мечется по дому, вырывая волосы.

К сути перехожу без лишних слов:

– Что с Юлей?

– Дмитрий Николаевич, я не знаю, что с Юлей Евгеньевной! – истерит Надежда, а я закусываю щёку с внутренней стороны. До боли и солоноватого привкуса во рту, но отрезвляет на все триста процентов.

– Надежда, соберитесь! – рявкаю и, хлопнув водителя по плечу, подбородком указываю в сторону. Там можно протиснуться в небольшой просвет между автомобилями и, свернув на малолюдный проспект, вырваться, наконец, из пробки. – Что с ней?

– Она в комнате заперлась и не отзывается. Я пятнадцать минут пытаюсь достучаться, но за дверью тишина. С ней что-то случилось, я чувствую это! Я бы не звонила просто так, но что-то случилось. Что-то плохое.

Если я её не остановлю, она будет до утра повторять про что-то плохое, что обязательно случилось.

– Домой, – командую, и Паша без лишних слов сворачивает в нужном направлении. – Я скоро буду.

– Поторопитесь, пожалуйста, – причитает Надежда, и я ни разу ещё такой возбуждённой её не слышал. – С ней что-то…

Да ну чёрт!

– Надежда, выпей пустырника и не выпускай из рук телефон. Если что-то прояснится, набирай меня сразу.

– Да-да, я вас жду!

Отбрасываю телефон, сжимаю пальцами переносицу, а воображение рисует самые страшные картины. Юля пьёт, и после пары бутылок с ней может случиться всё, что угодно.

Со дна души поднимается злость. Почему эта женщина не хочет лечиться? Я тысячу раз предлагал хотя бы прокапаться, я любые бабки готов был за это отдать, самую лучшую больницу найти. Наркологии Швейцарии, тайские рехабы, закрытая клиника моего хорошего знакомого Виктора, врачи которой творят чудеса, – что угодно, лишь бы она избавилась от своей проблемы. Но Юля только возмущается, доказывая, что не алкоголик. А тащить взрослую женщину лечиться силой… не знаю. Но, наверное, нужно. Для её же блага.

А может, что-то с сердцем? Или вовсе… может быть, таблеток напилась?

Так много вариантов, один страшнее другого, что хоть разорвись.

Могу ли я забить и не ехать к ней? Нет. Как бы там ни было, она мне не чужая. Могу сколько угодно хотеть развода, но пока что мы женаты и я не могу через неё переступить.

Я набираю номер Юрия. Начальник моей охраны сейчас в доме, где проводит всё свободное время в отдельном строении, не имея своей семьи, и это мне на руку.

Он берёт трубку после первого же гудка. Прошу его подняться наверх и разобраться.