Правда, «Ланге и сын» у него был точно такой же: Георгий подарил, как только он поднялся на яхту. И даже сам выставил – на одном циферблате российское время, на другом европейское. Очень удобно! Он непроизвольно бросил взгляд на часы. И красиво! Это не грубый кусок золота, который любят нацеплять всякие скоробогачики – солидно и в то же время изящно.

У Окорока, как ни странно, есть вкус! Где он его поднабрался? В мордовских колониях, где отбыл три срока за вымогательство и разбои? Правда, это было давно, в восьмидесятые-девяностые, потом таких, как он, сажать перестали. Изменилась жизнь, изменились правила игры, а эти ребята очень хорошо приспосабливаются к обстановке… Они хорошо вписались в новую жизнь и даже стали нужны многим. В девяносто пятом, когда он молодым капитаном сажал Окорока за нападение на ювелира, разве мог представить, что будет гостить у него во Франции, кататься на его яхте, да еще в выданной им одежде?! Да нет, в кошмарном сне бы не приснилось! А теперь вроде и ничего страшного – что было, то быльем поросло, прошлые судимости никого не пугают, сейчас Окорок никакой не Окорок, а уважаемый бизнесмен, большую часть времени живущий во Франции. А что одежду выдал – ну, подумаешь, гостевой комплект, сейчас это принято…

Конечно, афишировать такие связи нельзя, но у Георгия охрана – волкодавы, если кто-то неосмотрительно поднимет поблизости фотокамеру или телефон, то разобьют и объектив, и физиономию… Хотя нет, физиономию не тронут – тут с этим строго…

– Три носовые каюты, ты их видел. В каждой свой гальюн… Отделка – орех, дуб, красная медь, мебель по лучшему каталогу. И главное – все под меня, как я захотел, – пел соловьем бывший Окорок.

– Ну, и сколько стоит это удовольствие? – перебил Виктор.

Георгий махнул рукой.

– Около четырех лямов, точно надо у бухгалтера спросить.

– Долларов?

– Евро.

– А-а-а…

«Офигеть, – подумал Виктор. – При моих доходах, и то надо года полтора-два копить… А он вон как легко рукой машет: ерунда, мол. Помахал бы он так в девяносто пятом, когда для форсу за бутылку коньяка нанимал спасательный глиссер и катал девочек по Дону… Судовладелец фуев…»

Георгий будто прочел его мысли и покровительственно похлопал по плечу.

– Ничего, если наше сотрудничество будет развиваться столь же плодотворно и дальше, то ты тоже сможешь позволить себе такую яхту. Или какой-нибудь такой домик…

Яхта уже шла вдоль берега, и он показал на горный склон, тесно застроенный разнокалиберными виллами.

Виктор усмехнулся."

"– Я не шучу, – вполне серьезно проговорил Георгий. – Тебе ведь надо о будущем думать! Вышибут тебя из кресла – и что дальше? Тут и понадобится золотой парашют и местечко, куда приземлиться!

– Хорошо. Буду иметь в виду, – ответил Виктор.