Если б у нас убивать перестали, знаете бы, какое мутилово началось?

– Ничего-ничего, – похлопал его по спине Степанов. – Для тебя сделаем исключение.

В приемной сидели два здоровенных оперативника из областного аппарата.

– Привели? – зловеще спросили они. – Ну, давайте, как шеф решит, а мы готовы…

Корнилова завели в кабинет к Синеватому. Полковник сидел за столом в своих знаменитых очках и походил на Берию, если, конечно, Корнилов знал, кто такой Берия, и мог оценить это сходство. Но когда очки поднялись и, зловеще блестя, уставились на него, он ощутил холодок страха, хотя виду и не подал. За всю свою долгую криминальную жизнь он никогда не слышал, чтобы кого-либо из братвы ночью приводили лично к начальнику Уголовного розыска области.

– Так что, бандюган? – спросил Синеватый. – Значит, ты на полицию охотишься? Полиции войну объявляешь? И что? Думал, что живым останешься?

– Какую войну? – ответил Корнилов. – Ну, вашего стукача хотел проучить, так что? Или он уже тоже считается полицейским?

– Кто стрелял в нашего парня? – Синеватый указал на Васильева.

– Когда? – удивился Корнилов. – Что-то, начальник, не в цвет ты попадаешь!

– Полтора часа назад, возле его дома. Кто?

– Да знать я ничего не знаю, мы ж другим делом занимались! – искренне воскликнул Корнилов. – И с каких пор мы в ментов стреляем? Ты хоть раз такое мне предъявлял?!

Синеватый ничего не сказал. Он опустил глаза, посмотрел что-то в лежащих перед ним листах, потом поднял их, потряс:

– Ты знаешь, сколько здесь на тебя информации?

– Догадываюсь, – ответил Корнилов. – Только если б вы ее могли в суд представить, так я бы уже, наверное, в изоляторе парился.

– Это ты всегда успеешь, – сказал Синеватый. – Я тебя не за этим сюда позвал. Я тебя позвал сказать: ты из своей башки всякие дурные мысли выбрось. То, что вы с узбеками друг друга наколоть хотели, это дело ваше, вот между собой и разбирайтесь. Если же ты думаешь с моими ребятами разборки устраивать, то под суд ты не пойдешь. Пойдешь прямо под землю! Ты понял меня?

– Сказал же, никто не стрелял в вашего Терминатора!

– Это не Терминатор, а товарищ капитан, – сказал Синеватый. – Ты понял, что у вас с узбеками получилось?

Корнилов долго молчал.

– Понял, – наконец, сказал он. – Друг друга кинули.

Синеватый продолжал рассматривать его сквозь очки.

– А ты знаешь, чья кодла сильнее – твоя или моя?

– Знаю, – после некоторой паузы вымолвил руководитель речпортовских.

– Чья?

– Тв… Ваша.

– Ладно, выбросьте его из Управления! – приказал Синеватый. – Если он не понял, что к чему, то второй беседы уже не будет!

Выйдя из кабинета, «Американцы» переглянулись."

"– А он научился жестко разговаривать с блатными! – сказал Васильев.