Родислав Евгеньевич, это, конечно, не мое дело, я не имею права вмешиваться…

Она замялась, но Родислав подбодрил ее:

— Говорите, Раечка, не стесняйтесь. Что случилось?

— Ничего не случилось, но я подумала, что если бы у вас были лишние деньги, вы могли бы подарить Денису компьютер.

— Зачем? — удивился он."

"— За компьютерами будущее, разве вы сами не понимаете? А работать на компьютере можно, не вставая с кресла. Это самый лучший вариант для Дениски. Пусть осваивает уже сейчас. Пусть хотя бы в игры играет, это развивает пальцы и внимание. Вы не думайте, я знаю, о чем говорю, у меня сын — математик, сейчас он занимается компьютерным программированием и очень хорошо зарабатывает.

Программисты будут нарасхват, и будущее Дениски можно считать обеспеченным. Я понимаю, это очень дорого, но, может быть…

Родислав почувствовал, как запылали у него щеки. Лиза и Раиса до сих пор не знали, что он уволился из МВД и стал партнером крупного бизнесмена Бегорского. Они даже не подозревают, какие у него доходы. Конечно, до настоящих доходов дело пока не дошло, Андрей Бегорский сказал, что прибыль делить будут по итогам года, не раньше, но даже тот оклад, который теперь положили Родиславу, не шел ни в какое сравнение с его милицейскими доходами.

Сославшись на повышение в должности и солидную прибавку к зарплате, Родислав существенно увеличил выплаты на содержание детей и стал приносить Даше и Денису дорогие подарки, но по-прежнему не хотел, чтобы Лиза знала, сколько он зарабатывает. Кто знает, что придет в голову алкоголичке, если она почует запах наживы? Простенький компьютер, не новый, бывший в употреблении, вполне можно приобрести долларов за пятьсот, для Родислава это теперь сумма вполне посильная, а для Раисы, конечно, целое богатство. И почему такая простая мысль не пришла в голову ему самому?

— Папа! — донесся из комнаты звонкий голосок Дениса. — Ты скоро?

— Иду! — откликнулся Родислав.

Он кивком дал Раисе понять, что разговор окончен, и вернулся к детям. Чаепитие было в самом разгаре, малыши съели уже по два пирожных и примеривались к добавке.

— Что ты хотел, сынок?

— Папа, ты не мог бы купить мне гантели?

Родислав растерянно оглянулся на сиделку и поймал ее легкую удовлетворенную улыбку.

Неужели она оказалась провидицей? А ведь все ее рассуждения и доводы показались ему не просто неправильными, а вздорными и странными. Неизлечимая болезнь — это безусловная трагедия, и как же иначе можно к ней относиться, как не к трагедии?

— Гантели? — Родислав постарался разыграть удивление. — Зачем они тебе?

— Мне нужны сильные руки. Мы тут с Юлькой поиграли в больницу, и я понял, что нужно тренировать руки, чтобы легче было поворачиваться.