— Расскажите, как я мучила вас все эти годы!

Смолин встал с дивана и поднял бокал.

— Уважаемые коллеги! Я не любитель говорить длинные речи, но в данном случае сделаю исключение. Анастасия Сергеевна, мы много лет проработали с вами вместе, и не побоюсь сказать, что более надёжного и крепкого плеча рядом у меня не было. Это очень важно, и не только в работе, когда ты можешь на сто процентов доверять человеку, когда полностью уверен в нём. Мне тяжело отпускать вас в объятья вашего Гименея-Роберта, но вы заслужили это счастье. Будьте счастливы, Настя!

Вся женская половина за нашим столом пустила слезу.

Настя тоже не удержалась и бросилась в слезах в объятья Смолина. Он с улыбкой обнял Настю, погладив по спине, при этом наши взгляды встретились поверх её головы. Улыбка моментально сбежала с его губ, глаза опустились на вырез моей блузки, я же машинально выпрямила спину, ещё больше выпячивая грудь. Чёрт! Видимо, я заслужу такое тёплое отношение к себе очень и очень нескоро, если вообще у меня будет такая возможность. Быстро отвела взгляд.

Обстановка становилась всё более расслабленной. Кто-то пошёл курить, кто-то танцевать.

Я болтала с Сергеем, он рассказывал мне о нескольких сотрудниках за столом, которых я видела впервые. Затем переключился на соседа слева, и я поняла, что самое время попытаться уйти отсюда.

Наклонившись к Насте, которая только вернулась с танцпола, где зажигала с секретаршей Зверева, я сообщила, что хочу уйти.

— Нет-нет, подожди! Мы же не представили тебя коллективу! Нужно посвящение!

Что это значит, хотела бы я знать. Посмотрела на Смолина. Он никак не отреагировал на слова Насти и продолжил разговаривать с коммерческим директором.

— Хорошо, — кивнула я, — сейчас вернусь.

Встала и пошла искать туалет. Проветриться в любом случае не помешает.

На самом деле, я и правда очень устала за эти два дня, а до выходных предстоит отработать ещё два и уже одной. Господи, дай мне сил! Чуть освежившись в туалете прохладной водой и поправив блузку, пошла обратно. Как же хотелось уйти по-тихому, но я не решилась.

На полпути к столу меня перехватил Круглов, финансовый директор, мужчина за пятьдесят, с редеющей шевелюрой и круглым брюшком, уже нетвердо стоявший на ногах и, совершенно не стесняясь, заглянул в моё декольте.

А затем, удовлетворив своё любопытство, попытался сфокусировать взгляд на моём лице.

— Вера Павловна, р-разрешите вас пригласить на т-танец. Вы слышите, к-какая чудесная медленная мелодия з-звучит?

Вот чёрт! Лучше бы сидела на месте. Отказать совершенно не удобно, но и танцевать с ним, ясное дело, я не хотела.

— Этот танец Вера Павловна уже обещала мне. — Неизвестно откуда рядом возник Смолин. Встал за моей спиной, окутав теплом и афродизиачным запахом своего парфюма.