– Вся остальная прислуга прибыла из Кварама и говорит на своем родном языке, так что мне и словечком перекинуться не с кем. Довольно одиноко себя чувствую. Не пора ли идти? Наш транспорт прибыл.

Когда принц Мурад узнал о дне рождения Элинор, он подарил ей билеты в модный ночной клуб Лондона и настоял на том, чтобы она отправилась туда в лимузине с шофером. Та же машина должна была доставить ее обратно домой в конце вечера.

– Двадцать один год раз в жизни бывает, – жизнерадостно заявил отец Захры. – Возьми все от молодости. Время летит так быстро. На мой двадцать первый день рождения отец вывез меня на соколиную охоту в пустыню и поведал о вещах, которые пригодятся мне, когда я займу место короля. – Принц криво усмехнулся. – Мне и в голову не могло прийти, что тридцать лет спустя я все еще буду ждать своего часа. Не то чтобы я жаловался, конечно; мой достопочтенный отец – мудрый правитель, и любой мужчина должен следовать его примеру.

Принц Мурад – человек великодушный, подумала Элинор. После смерти матери, когда Элинор едва исполнилось десять, она была лишена любви и ласки и до сих пор ощущала невосполнимую потерю. Вот бы ее собственному отцу хоть каплю тепла и доброты принца!

Пока Луиза визжала от восторга, разглядывая лимузин, Элинор размышляла о том, что отец никогда не интересовался ею. Не важно, насколько усердно она училась, результаты экзаменов все равно не удовлетворяли его. Он часто повторял, что стыдится ее глупости и что она – главное разочарование всей его жизни. Ее решение стать няней привело его в ярость. Тени прошлого постоянно преследовали ее, и Элинор казалось, что у нее вовсе нет семьи. В конце концов отец женился повторно, даже не пригласив дочь на свадьбу, и вел себя так, будто у него вообще не было дочери.

– Я читала статью о принце Мураде в журнале, – сказала Луиза. – Там намекали, что он любитель положить глаз на дамочек и что у него случаются интрижки на стороне. Ты там смотри с ним поаккуратнее!

– В моем случае все не так, – нахмурилась Элинор. – Он для меня скорее отец…

– Не будь наивной. Девяносто девять процентов мужчин среднего возраста облизываются при виде молодых привлекательных женщин, – презрительно скривилась Луиза. – А если ты напоминаешь ему твою мать…

– Это вряд ли, – с улыбкой прервала подругу Элинор. – Мама была маленькой хрупкой блондинкой с голубыми глазами, я совершенно на нее не похожа.

– Как скажешь, – повела плечиком Луиза. – Но если ты не напоминаешь ему твою маму, какого черта он вообще предложил тебе – абсолютно чужому человеку – присматривать за его драгоценной дочуркой?

– Все было не так просто. – Элинор почувствовала себя неуютно.