Пока же будем рады тому, что наши дети начнут жить боярами, а не холопами или смердами. Разве это плохо?

— Я знаю, что хорошо, — всхлипнула она. — За детей я рада. За себя нет. Кажется… Мыслится мне, больше мы уж никогда не увидимся. Вовсе.

— Ну, любая моя, это ты загнула! — прижал женщину к себе Андрей. — Нам еще месяц здесь сидеть, ждать государева возвращения. Опосля нас в земли Свияжские с месяц везти, ибо путь неблизкий, а просто с грамоткой вас отправлять не след. Люди там не шибко ученые и наместника лучше лично посадить. И еще оттуда, вестимо, не сразу уеду. Нет, Варенька, я тебе еще надоем, сама гнать начнешь!

— Ты мне никогда не надоешь, — всхлипнула она и обхватила за плечи, положив подбородок на плечо.

 — Никогда, никогда, никогда…

* * *Ждали князья Иоанна полный месяц, встреча же заняла всего несколько минут, да и то на крыльце Успенского собора после заутрени. Видимо, заранее зная о присутствии князей, царь высмотрел в богато одетой толпе в высоких бобровых шапках скромную тафью Зверева, остановился:

— Князь Сакульский! Доброго тебе дня и удачи в нынешних начинаниях. Князь Воротынский! Рад видеть тебя в добром здравии.

Труд твой прочел с большим интересом и пользу вижу в нем превеликую. Мыслю я, надлежит тебе рубежи наши южные осмотреть со строгостью и согласно наставления своего меры к их обороне составить. Удел твой ведь там же, возле Перемышля? Как земли свои проведаешь, заодно и о прочем подумай, а к осени мысли свои мне в подробности изложишь.

— Прости, государь, за докуку, — протиснулся вперед Михайло Иванович, — но средь грамот на возвращение земель моих и добра убежище мое московское не упомянуто. Скитаюсь, ровно попрошайка бездомный.

Прикажи писарям своим грамоту на возвращение дворца моего составить, дабы было где голову преклонить.

— Зачем тебе ныне дом в Москве, княже? — не изменившись в лице и тем же тоном удивился царь. — Все едино в удел отъехать желаешь. Как вернешься, так все прочее и обговорим."

"Давая понять, что разговор окончен, Иоанн резко повернулся и в сопровождении суровых опричников отправился в сторону дворца. Был он явно не в себе, спал лицом. Звереву даже показалось, что правитель всея Руси похудел, стал уже в плечах и ощутимо сгорбился. Толпа царедворцев ринулась вслед за государем, князья остались на мостовой в одиночестве.

— Милостями осыпал, прям рублем одарил, — подвел итог Михаил Иванович. — Что же, наказ царский ныне не тяжелый, поеду исполнять.

— На Рязань? — уточнил Андрей.

— Тракт наезженный и привычный, — кивнул князь. — К Воротынску скорейший путь через нее получается.

— Боярин Басманов велел тебе кланяться и звал, коли домой поедешь, к нему в гости завернуть. Он ведь тоже за тебя словечко замолвить пытался. Знал, что из ссылки отпустят.