Но ведь это Огр, он обязательно вернется в библиотеку, тогда с ним и расплачусь, тем более Лафу ему явно приглянулась. Пока он обслуживал других клиентов, постоянно возвращался к портнихе, задавая ей различные вопросы.

Перед нами выставили закуски. Я тут же вспомнила, что еще не ужинала, поэтому с удовольствием взяла ломтики вяленого мяса и запила сидром. Довольно неплохо…

— Ловите курицу!

Курицу?..

Прямо передо мной упала истекающая кровью курица, которая всё еще двигалась. Двигалась, с полуотрубленной головой!

— А-а! — закричала рядом Лафу.

Я же подавилась сидром, который еще и плеснул в нос.

Закашлявшись, соскочила с барного стула, повалив его, и упала сама. Курица прыгнула на меня то ли пытаясь атаковать, то ли надеясь, что найдет у меня защиту, но риск первого был слишком велик, к тому же птица с полуотрубленной головой — не то, что я всегда мечтала подержать на руках, поэтому быстренько отползла ближе к стойке. Все гости как по команде повернулись в нашу сторону.

Я смотрю на курицу, курица — на меня. Искра, буря, безумие. Даже музыканты перестали играть, и по залу прокатился ужасный скрипящий звук струнного инструмента.

Гробовую тишину нарушил повар, выскочивший из двери, ведущей на кухню, с тесаком в руках.

— Ну я её! — воскликнул он. — Разойдись!"

"Никто даже не думал препятствовать, наоборот, смотрели на повара как на мессию. Гости быстренько разошлись или пригнулись, а тем временем огромный тесак вылетел из рук повара, метнувшись четко к курице. Я сгруппировалась, готовая к тому, что нож сейчас пронзит не только мертвую курицу (по крайней мере, таковой она должна быть!), но и еще одну, которая поддалась на уговоры своего проводника и пришла сюда (то есть меня).

И тут неожиданно явился герой в сияющих доспехах, ну то есть в белом колпаке — уже знакомый повар, тот самый, который плакал над скелетом курицы в Цитадели! Тот самый, которому выдали вместо поварской книги — некромантскую.

— Не-е-ет! — наперерез ножу бросился он. — Не позволю!

Я прикрыла глаза, испугавшись, что летящий тесак попадет в тело новоприбывшего повара-любителя куриц, но тот выставил щит — самый обычный, металлический. Тесак ударил по щиту и полетел по другой траектории. Прямо в какого-то синекожего демона. Тот пригнулся, спасаясь от смерти, и тесак пролетел дальше, в ширму.

Прорезав её, он застрял в чем-то. Судя по звуку, в чем-то неживом. Все облегченно выдохнули.

— Опять ты?! — изумленно воскликнул местный повар, да с таким видом, словно два заклятых врага встретились на ринге. — Я тебе говорил, чтобы ты здесь не появлялся!

— Курицы — священны! Нельзя употреблять их в пищу! Они все должны быть живыми и невредимыми!

— Говорят, он чокнулся после того, как кто-то подсунул ему вместо поварской книги некромантскую, — шепнул Огр.