Но я хочу повторить то, что однажды сказал мне один очень умный, очень красивый и очень раздражающий бывший соперник:

«Продолжай писать. Ты найдешь слова, которыми нужно поделиться. Они всегда в тебе, даже в тени, сокрытые, словно жемчужины. – К.»

Я с нетерпением жду следующую главу. Ту, которую ты напишешь в своей книге, и ту, которую мы напишем вместе.

Люблю,

Айрис

P. S. Невозможно, Китт.

Эпилог

Заключительный аккорд

Она заказала такой же чай и пирожное, какие брала каждый раз в День Дакра, когда приходила в кафе. Ее всегда обслуживал один и тот же голубоглазый официант, и хотя он знал наизусть ее любимый заказ, все время забывал ее лицо после того, как она расплачивалась и уходила.

Для него это была всего лишь еще одна посетительница. Вежливая, но сдержанная, предпочитающая столик на одного во дворике, откуда можно наблюдать за уличной суетой, попивая чай, который никогда не остывает.

В этот День Дакра Энва провела в кафе Гульда больше времени, чем обычно. Была весна, первый день в году, когда потеплело настолько, что можно сидеть снаружи без пальто. На самом деле она не нуждалась в верхней одежде, поскольку родилась в самых холодных местах небес, но все равно носила ее, когда так полагалось, чтобы слиться со смертными, гуляя по улицам и посещая определенные магазины.

Энва закрыла глаза, почувствовав, как солнце согревает волосы, и невольно коснулась железного ключа, висевшего на шее.

Айрис уступила этот ключ, оставила его в соборе Энвы, спрятав на алтаре.

Энва, если бы захотела, могла открыть портал и пробудить подземное царство. Оно снова уснуло, угаснув до тлеющих углей после смерти Дакра. Но пока в мире есть живое божество, подземный мир не рухнет. Когда-то он был для нее домом, хотя она и не смогла прикипеть разбитым сердцем к этим камням.

Голубоглазый официант подошел к ее столику с круглым подносом под мышкой.

– Еще чаю, мадам?

Наверное, он заметил, что сегодня она задержалась, нарушила свой обычный распорядок. Она с улыбкой сказала:

– Нет. Принесите чек.

Официант с поклоном поставил перед ней чайную чашку и поспешил к другому столику. Энва, как обычно, изрядно переплатила, а потом поднялась, рассматривая высокие здания на другой стороне улицы. За последние годы Оут восстановили, но шрамы войны до сих пор оставались, если знать, куда смотреть.

Вместо того чтобы продолжить свой обычный маршрут и посмотреть репетицию оперы, Энва вошла внутрь кафе Гульда. Там она постояла немного, наслаждаясь суматохой и терпким ароматом свежевыпеченных булочек, и медленно пошла по кафе. Миновала столик, за которым во время бомбежки сидела в синей шали на плечах и с томиком стихов в руке. Айрис и Этти не узнали ее, но Энва наблюдала за тем, как девушки спускались вниз.