– А Китта? К нему ты приходишь в снах?

– Не так, как ты думаешь.

– А как же?

Энва махнула рукой над плитой, и чайник появился снова. Она взяла его и налила горячей воды в стакан.

– Я помогла ему вспомнить, кто он.

Айрис молчала. В памяти всплыло письмо Романа. «Каждую ночь, когда я видел сны, я пытался снова собрать все обрывки воедино. Пытался найти путь к тебе».

– Этим ты подрывала власть Дакра, – сказала Айрис.

Энва не отводила взгляда от своей чашки чая, наливая туда ложечку меда.

– Я вдохновила немало солдат из Оута сражаться за меня. Твой брат был среди них. Я надеялась, что их подмоги хватит, что Дакр погибнет от рук смертных. Но многие из этих солдат теперь лежат в могилах, над которыми мне еще предстоит спеть, а некоторых мой муж исцелил и извращенным образом заставил присоединиться к своим войскам. Мне нельзя покидать город во плоти, но я могу с помощью магии Альвы добраться до тех солдат в снах. Помочь вспомнить, кто они.

– Почему ты не убила его, когда была возможность? – тихо спросила Айрис. – Если ты убила Мира, Альву и Луза в их могилах, то почему не смогла убить Дакра?

Энва отвернулась и выдохнула. Ее поза выдавала напряжение, и Айрис подумала, что богиня сейчас растает во сне, предпочтет исчезнуть, но не отвечать.

– Ты когда-нибудь приносила кому-то клятву, Айрис?

Вопрос Энвы прозвучал так неожиданно, что Айрис только удивленно заморгала. Но, закрыв глаза, она услышала эхо своих слов – клятвы, которые она говорила Роману в сумерках на огороде.

«И даже тогда я отыщу твою душу, клятвой соединенную с моей».

– Да, – ответила Айрис.

– Когда я спустилась в подземный мир, чтобы править вместе с ним, дала клятву ему, а он поклялся мне. Но я не знала, что клятвы Небесных разительно отличаются от клятв Подземных. Я поклялась никогда не покушаться на его бессмертие, но он не обещал мне того же самого. Я не боялась, что он убьет меня в дни нашего медового месяца, хотя и попала в самые глубины его владений. Я знала, что он очарован моим присутствием, но рано или поздно я ему надоем. Рано или поздно он приставит клинок к моему горлу в жажде украсть мою магию и избавиться от меня. – Энва выпила чай и поставила чашку на стол, а потом оглянулась через плечо, удерживая взгляд Айрис. – Правда, я могла ранить его. Могла унизить. Покинуть его владения, если бы смогла перехитрить. Но я не могла нарушить свои клятвы и убить его.

Айрис обдумала ее слова. Интересно, был ли в клятве Небесных пункт о сохранении бессмертия, чтобы супруги не убивали друг друга? Чтобы предотвратить похищение богами силы у самых близких? У тех, кого они должны были любить.

– Я много раз лгала мужу, – продолжала Энва. – И лгала Альзану, вашему смертному королю, когда он попросил меня убить четырех оставшихся богов.