Ее продавали в бумажных пакетах по три килограмма, сверху старались положить три-четыре картофелины поприличнее, а вниз – мелкое, вялое, сморщенное и гнилое или проросшее. В те годы можно было иногда даже порадоваться, что купил картошку – и почти вся оказалась хорошей, это считалось большой удачей. Простите, я отвлеклась. Просто вижу этого вашего сопровождающего и все время вспоминаю, как мы с начальником МУРа картошку покупали. И никакой охраны. Хотя врагов у него было, я думаю, не меньше, чем у вас сейчас.

– Врагов не меньше, – согласился Константин Георгиевич, – зато наглости у этих врагов стало больше. И безнаказанности. О количестве огнестрельного оружия на руках я уж молчу, цифры несопоставимые. Так что насчет Кислова? Скажете что-нибудь?

– А что говорить? Вы и сами все понимаете, и опера на земле, я уверена, тоже все понимают. Не зря же версия о причастности сестры всем показалась более перспективной.

– Всем, кроме следователя, – заметил Константин Георгиевич.

– Это понятно, вы еще вчера объяснили. Идея, скорее всего, Борзуна или Сорокина, Борзун ее озвучил с соответствующими намеками своему подчиненному, а тот должным образом проинструктировал непосредственно следователя, ведущего дело. Тут меня ничто не смущает, кроме якобы доказательств, которые у них якобы имеются и которые непонятно откуда появились. При такой информации меня, конечно, вполне можно подозревать, если ничего не знать обо мне, вопросов нет. Я удачно подвернулась под руку, и моей картой сделали заход «в пичку». На самом деле все прекрасно понимали, что на первом месте – сестра. Наркоманка, у которой были ключи от квартиры брата, которая водится с сомнительными личностями и которая на следующий день после обнаружения трупа уже озаботилась продажей прав и получением денег. Показательно, не так ли?"

"– Так, – согласился Большаков.

О наличии наркотической зависимости у Юлии Кисловой стало известно буквально через час после приезда группы на место происшествия. Если Зое Печерниковой пришлось выяснять сей прискорбный факт при помощи хитрых программ, то в распоряжении полиции есть большая информационная база, в которой чего только не сыщется. Юлия Кислова, двадцати шести лет, не работающая, звонила в дежурную часть в 11.48 с сообщением, что обнаружила брата, Кислова Андрея, в его квартире без признаков жизни. При опросе пояснила, что приходила к брату в тот день уже второй раз, в первый раз – ориентировочно в 10.30–10.45, брат попросил сходить в магазин купить какой-нибудь еды. Юлия отсутствовала около часа и вернулась с продуктами. Вот тогда и обнаружила убитого. Записи с камер видеонаблюдения в адресе изучены, показания Юлии Кисловой подтверждаются: вход в подъезд в 10.23, выход в 10.51, второй вход в 11.44. На записи в 11.