– Вы, возможно, в курсе, что у меня была жена – она умерла от болезни. Когда нам сообщили диагноз и сколько ей осталось, я через некоторое время сорвался и напился в компании приятелей. Напился, как никогда в жизни ни до, ни после. Особо и не помню ту ночь. А потом уже, прямо на похороны, пришла мать Милы с животом и «обрадовала» новостью, потребовав на ней жениться, ведь она носит моего ребенка. Жениться я не стал, хотя там осада была мощная с ее стороны и родственников. После рождения девочки откупился деньгами с условием, что меня ее жизнь никак касаться не будет и видеть я их тоже не буду.

– Неужели не интересно было увидеть свою дочь?

– Я тогда был сильно взбешен по поводу всей этой ситуации и попыток навязать новую жену и ребенка, я знал, что со стороны этой мадам был только расчет, желание денег и попытка хорошо устроиться.

– Эм, то есть свою дочь в первый раз вы увидели… сегодня?

– Да.

Повисла пауза.

– И что, деньги маме Милы больше не нужны?

– Нет. Нашла себе мужа за рубежом. Иностранец. Ее деньгами заваливает, она к нему переезжает. А вот девочку не принимают. Скинула мне. Пытался ее сейчас остановить, уговорить – ни в какую.

М-да. Единственное, что хочется еще спросить – а папа Сережа-то в курсе, что у него есть внучка?

– И-и… что вы планируете делать?

Каверин устало потер глаза.

– Не знаю, Варя. Условий для содержания ребенка у меня сейчас нет. Дом продал, снимаю квартиру и уезжать с нее я не хочу, но там ребенку не место. Да и не хочу я заниматься девочкой, а уж ей тем более не нужен такой отец, как я.

Ну, думаю, ее сейчас любой папа устроит.

– А ваш отец, может быть, сможет предложить какие-то варианты?

Начальник взглянул на меня с подозрением, поэтому я уточнила:

– Все знают, кто ваш отец.

– Он скоро уезжает из страны, ему Мила тоже не интересна.

– Почему? Это ведь, я так понимаю, его единственная внучка?

– Был бы внук, тогда да, а так нет.

М-да. М-да.

– Что, Забава, осуждаете меня? – хмыкнул Каверин. – Вы-то безупречны, а я в ваших глазах и так стоял не особо высоко, а теперь и вовсе полное ничтожество, верно? Так все, собственно, и есть.

Удивленно приподняла брови.

– Во-первых, кто я такая, чтобы вас в чем-то осуждать? Судьей я не подрабатываю. Во-вторых, ваша личная жизнь и решения – это только ваше дело, если, конечно, вы не совершаете что-то преступное. Ну и, как бы там ни было, ребенка и его мать вы обеспечивали.

На самом деле, начальнику сейчас не позавидуешь. На голову свалился ребенок, что с ним делать, не ясно. Но на самом деле я все равно жутко завидую шефу. Я бы от такого подарка судьбы точно не отказалась.

Владислав посмотрел на меня с каким-то странным интересом, словно по-новому, но теперь сидит явно в тяжелых раздумьях о судьбе девочки."

"– Владислав Сергеевич, время идет.