— Думаю, будет справедливо, если именно он убьёт Гари, — сказал Ави. — Верно? Это убийство принадлежит Ною.

Адам мотнул головой.

— Ной никого не убьёт. То, что он входит в семью, не значит, что ему нужно пройти посвящение кровью.

— Нам всем пришлось совершить своё первое убийство, — сказал Арчер, как всегда, с недовольством.

— Ной сам сказал, — напомнил Ави. — Что это испытание. Отец явно проводит некий эксперимент. Если Ной – часть нашей семьи, ему придётся немного запачкать руки.

— Нет...

Ной прервал его.

— Я сделаю это.

— Ты не обязан, — огрызнулся Адам.

Ной посмотрел на Гари, в его взгляде не было эмоций.

— Я не обязан. Я хочу. Но не раньше, чем всё закончится. Я хочу, чтобы он сначала увидел, как умирают остальные.

— Тогда решено, — сказал Арчер. — Возьми его телефон и давай покончим с этим.

ГЛАВА 24

Ной

— А что, если они не придут? — спросил Ной в сотый раз, грызя ноготь большого пальца, наблюдая за Адамом, который смотрел в бинокль, наблюдая за окном.

Они сидели в заброшенном здании, которое когда-то было магазином рыболовных приманок и снастей, примерно в пятистах метрах от старого деревянного здания, которое когда-то было рыборазводным заводом.

Адам сказал, что вся пристань закрылась много лет назад и простояла заброшенной более десяти лет. Это был один из забытых объектов в обширном портфеле Томаса Малвейни.

— Они покажутся, — пообещал Адам, не поднимая глаз со своего места. — Ты придумал хороший план. Даже мой отец так думает.

Это было не совсем правдой. Томас сказал, что план безрассудный и рискованный. Но он также сказал, что будет просто сидеть, сложа руки. Он очень верил в Ноя. Слишком верил, если быть честным.

Вчерашняя бравада Ноя испарилась в мгновение ока, как только они разместились в этом грязном и полуразрушенном бараке, воняющем гниющей рыбой, хотя её там и не было.

Тем не менее, место идеально подходило для их цели. Гниющее деревянное здание разгорелось бы как костёр, как только они все окажутся внутри, и — в отличие от хижины Гари — вряд ли могло стать причиной лесного пожара. Томас не показался Ною сторонником охраны природы, поэтому он решил, что это скорее связано с нежелательным вниманием, чем со спасением дикой природы.

Ной покачал головой, усердно грызя ноготь, пока Адам не убрал его руку ото рта, не глядя опустив её к себе на бедро, обтянутое джинсами.

— Ты отгрызёшь себе руку, как медведь в капкане. Если тебе нужно отвлечься, у меня есть кое-что, с чем ты можешь поиграть, — забавляясь, сказал Адам.

— О, черт возьми, — пробормотал Арчер в ухо Ноя.

— Да, связь налажена. Постарайтесь не вести себя как язычники, — добавил Аттикус.

Так странно было слышать других людей у себя в ухе, но было в этом и что-то странно возбуждающее.