Это особо не удивило Эйлис, но ощутимо уязвило. Вздохнув, она села на обитую бархатом скамью перед окном.

– Послание понять легко. – произнес Александр. – Они ясно говорят, что не хотят платить ни за тебя, ни за детей.

Эйлис ужасно захотелось ударить Александра по красивому лицу, но вместо этого она смяла письмо.

– Да, но они очень долго не отвечали, и за это время не предпринимали против тебя никаких действий. Я думаю, они могут забыть обо мне, но не о детях. Дети им необходимы. Сейчас конец августа, скоро начнутся дожди, а потом – зимние снега. Они упустили лучшее время.

– А затем весенние дожди, оттепель и распутица. – Александр покачал головой. – Мы можем содержать тебя на протяжении года.

Это ядовитое замечание переполнило чашу терпения, и Эйлис вскочила на ноги.

– Тебе нет нужды содержать меня. Ни минуты. Я могу уйти, исчезнуть из твоего дома в любое время."

"Александр выругался. Она рванулась прочь из комнаты, но он был быстрее и помешал ей это сделать, встав перед дверью в то мгновение, когда она взялась за засов. Одно лишь послание от Макфарланов и Маккорди было способно привести его в скверное расположение духа. Когда он увидел обиду и боль в ее глазах, вызванную холодным отказом от нее собственных родственников, он смягчился. Ему захотелось облегчить ее обиду. И это его испугало. Последнее время он постоянно боролся с чувствами, которые она в нем вызывала. Каждый раз он освобождался от этой зависимости, нагрубив ей. Однако он знал, что не хочет, чтобы Эйлис покидала Ратмор.

– Сядь, Эйлис, – приказал Александр.

– Почему? Какая от этого польза? Мои родственники и мой жених меня бросили, а ты явно не хочешь, чтобы я здесь оставалась.

– Не торопись. – Он протянул к ней руку, но она оттолкнула ее.

Эйлис была полна решимости не уступать ему только потому, что он осыплет ее поцелуями.

– Да сядь ты обратно. – Александр закрыл дверь на засов и едва не улыбнулся, увидев, как она гневно взглянула на него перед тем, как вернуться на скамью. Засов был высоко над его головой, и он знал, что ее это раздражает. – Мы должны попытаться выяснить все как взрослые, без злобы и гнева, – сказал он.

– Это не у меня с этим проблемы, – пробормотала она. Ее раздражение разгорелось еще больше, когда она увидела, что он просто проигнорировал ее слова. – С какой целью мне оставаться здесь еще?

– Если других целей нет, ты должна помочь с детьми. Они рады, когда ты рядом.

«А ты?» – подумала она и испугалась, что произнесла это вслух. Узнав о трудном прошлом Александра, она решила быть с ним вежливой, чтобы понять, можно ли преодолеть призраки прошлого, стоявшие между ними. Ей было крайне трудно. То он относился к ней холодно, то деликатно и страстно. Он мог шептать нежные слова всю ночь, а затем оскорбить ее на рассвете.