Думаю, не меньше недели ловить ещё будем.

— А потом?

— А потом все сочувствующие Конклаву закончатся.

— Уверены?

— Да, мессир. Как только узнают, что всех без исключения жителей Пустограда объявили изменниками и приговорили к смерти, так сразу же и закончатся.

Я мысленно хмыкнул. В логике главе магсовета действительно не откажешь. Хотя, как по мне, логика имперских властей выглядела такой же безумной. Но только на первый взгляд. А на второй, уничтожение целого города, с точки зрения здешних реалий, глупостью уже не казалось. Скорее, наоборот. Ведь если Конклав с императором хотят сохранить монополию на маг-энергию, любое поползновение на неё должно караться решительно и максимально жестоко. В магическом мире гангрену конечности следует лечить усекновением этой самой конечности, потому что в магическом мире вырастить новую существенно проще, чем восстанавливать весь организм...

Местное магохранилище располагалось в подвале, рядом с пыточными и застенками. Это, наверное, чтобы далеко не ходить, если надо опробовать какой-нибудь артефакт на живом материале.

Защитный контур на входе присутствовал. Но я обнаружил его лишь после того, как вошёл — благодаря замерцавшему перед носом облаку маг-энергии. Не успевший предупредить меня Балий горестно крякнул (хочешь не хочешь, придётся всё восстанавливать), но высказывать недовольство не стал. Поскольку сам виноват: забыл, что «мессир» — иммунный.

От «экскурсии» по хранилищу я отказался. Аршаф дал мне знак, что опасности нет, он может и сам отыскать, что где находится.

Балий покинул хранилище с сожалением: сто пудов, хотел поприсутствовать, понаблюдать за «работой мастера». Однако нет. Посвящать его во все наши планы я пока не планировал (такая вот, три раза ха-ха, тавтология).

Глава 4

Барахла в хранилище скопилось немало. И, самое главное, навалено оно было везде, причём, бессистемно. Шкафы, стеллажи, полки, ящики, мешки, сундуки, просто кучи чего-то похожего на обычный вываленный из ведра мусор. Как пояснил сотоварищ, во всех магохранилищах это делалось специально. Любой обладающий силой мог легко отыскать в этом ворохе то, что нужно (по разного рода пространственным отпечаткам-меткам-аурам и т.п.), а не обладающий в нём попросту утонул бы. Вот для таких вот «не обладающих» бардак и устраивался: чтобы не лезли куда не положено.

Всё нужное нам Аршаф отыскал минут за пятнадцать. Четыре изрядно помятых свитка-пергамента, дощечка, две палочки, три каменных кругляша, пара стеклянных бусин и, как венец коллекции, кристалл настоящего тилландского хрусталя (после выпотрошенной имперской «летухи» я уже сам мог его опознать) с количеством граней — тридцать две штуки. Их мы считали поочерёдно, чтобы не ошибиться.