Огромные, больше пятидесяти метров в длину, многопалубные гиганты от киля до верхнего края бортов собраны не из досок, а из толстых, подогнанных каким-то хитрым способом друг к другу, ошкуренных брёвен. Даже моё окошко в каюте, расположенной в верхней части кормовой надстройки, пропилено под углом, чтобы нечистоты свободно стекали вниз через узкий тоннель, больше метра длиной.

Высоченные мачты, расчерчены реями с подвязанными к ним парусами. Вёсел нет. Вместо них за кормой гребной винт на мускульной тяге, используемый исключительно для швартовочных внутрипортовых манёвров.

Почерневшие от времени брёвна ниже ватерлинии зеленеют налётом водорослей и, что над водой, что под ней, блестят острыми стальными шипами, заботливо отчищенными от ржавчины. Подозреваю, что тут не обошлось без какого-нибудь прикладного дара."

"Также к пассивной защите от морских хищников можно отнести колючий заборчик, идущий по всему борту. Активной же частью вооружения судна служат две мощных баллисты и длинные алебарды, рядками торчащие в специальных креплениях по всей палубе.

Но главное оружие этого океанического парома — конечно же, сам экипаж. Уверен, среди моряков имеются одарённые с боевым даром.

В общем, переживаний по поводу безопасности самой переправы на Землю у меня нет. Волнует только одно — момент схода на берег. Если меня придут лично встречать представители тайной службы, возникнут проблемы. Может, зря я устроил весь этот маскарад из-за мечей мага? Вдруг, на Земле и так есть возможность разжиться оружием аналогичного качества?

Едва ли. Иначе бы, пусть и за огромные деньги, подобные мечи можно было бы купить в оружейных лавках столицы, которых я обошел немало.

Остальное всё — мусор, который не жалко, но вот клинки, давшие мне преимущество перед любым воином Предземья, бросать было бы очень обидно. Надеюсь, я не пожалею о своём рискованном выборе.

* * *Третий день моего морского пути. Всё пока идёт гладко. Если за это время и случались какие-то нападения, то от обитателей океанских глубин экипаж судна отбился легко, так как я из своей каюты не слышал, ни криков, ни звуков борьбы, ни звона тревожного колокола.

Но последний сегодня зазвонит обязательно. Ещё в городе, в общем зале трактира, случайно оказавшись за соседним столом от того, где трапезничали готовящиеся к отплытию переселенцы на Землю, я наслушался их разговоров и теперь точно знаю, что проход через барьер объявляют сигналом. Это делается для того, чтобы все, кто не находится в данный момент на верхней палубе и не видит границу пояса своими глазами, подготовился к её пересечению.