— Ты что? Завела там кого-то себе? Влюбилась в другого, пока Вадим вопросы свои по бизнесу решать ездил? Не надо было тебе разрешать у нас оставаться! Вадима уговорила — а мне нужно было тебя просто не принимать! Если так, я немедленно ему звоню, и больше ты здесь не живешь! Сегодня же переезжаешь к будущему мужу!

— Мам, ну ты что… — я опускаю глаза, понимая, что именно так она и поступит!

Неужели она и в самом деле не понимает, что я и близко бы к этому Вадиму не подошла, если бы не эта история с отцом? Правда, на самом деле считает, что этот брак для меня — счастье, которого я, дурочка, понять и оценить просто не могу? Или так сама себя обманывает?

Эх… А ведь я хотела ей все рассказать! Надеялась, что мы сядем сейчас вместе и придумаем какой-то выход!

— Не будь неблагодарной! — уже грохочет мать, по-своему восприняв мое молчание. — Мы с отцом, в конце концов, тебя растили, душу вкладывали, все лучшее всегда — только для Мирочки нашей! А ты… Ты решила с нами — вот так? Даже не думай отказываться, и про любовь никакую там не думай! Мира! Я уже звоню Вадиму!

— Да не влюбилась я, мам, ну что ты, — устало вздыхаю, чувствуя, как будто на меня свалилась тяжелая гора.

Тяжело оказаться в такой ситуации. Но еще труднее, когда понимаешь, — поддержки, даже от самых близких, ты не дождешься.

Глава 35

— Просто… Вадим — он же старше, намного, понимаешь? И… Ну — куда мне замуж? Девятнадцать мне всего! Я погулять хочу! Вот как сегодняшняя вечеринка! Все веселятся, — а я должна уезжать! Даже студенческой жизни не почувствую! Что мне с ним останется? Нарожать детей и сидеть дома с ним рядом? А я, может, с подружками хочу квартиру снимать или в общаге жить! Юность поймать и почувствовать! Понимаешь? Все вот сегодня до утра гулять будут, рассвет договорились к озеру поехать встречать, завтра же выходной! А я… Тут вот… без всякого права!

Уже реву. Но, конечно, — не из-за вечеринки и подружек. А из-за того, что даже этот маленький шанс с любимым упустила. Хоть одну ночь бы еще с ним вместе провести… До того, как мой личный приговор в виде свадьбы приведут в исполнение! И отчаяние такое — беспросветное просто!

— Мир, ты же знаешь… — голос мамы снова смягчается. Ну, хоть Вадиму не звонит, — уже радость. — Если бы отец был бы и правда виноват… Тогда… Тогда не скажу, что тебя бы не просила, но… Но тогда бы, наверное, ты могла бы и подумать, сделать выбор, — хоть и нелегко бы пришлось, если бы его посадили с конфискацией. Но я бы тогда приняла — сам виноват, сам наворотил. А так… Ты ведь знаешь, — он же в жизни ничего не брал! Подставили его и дело сфабриковали! Неужели можно позволить ни в чем неповинному человеку вот так погибнуть? Ты не можешь, Мира! Мы же семья… А семья — это когда своих поддерживают, чего бы это ни стоило…

— Я знаю, мам.