Но отпускать женщину и позволять ей навыдумывать целую гору всяких небылиц я не собирался. – Ты останешься рядом!

– А больше ничего не хочешь?! – огрызнулась она в ответ, продолжая пыхтеть, пока Найра, с дрожащими губами, натягивала платье."

"– Ты все не так поняла! – попытался донести до хитарис, сам же поморщившись от глупой фразы.

“Ты бы поверил своим словам?”

– Да какая мне разница? – зашипела в ответ Рина. – Делайте, что хотите! Вы свободные ребята!

Слушать ее лепет я уже не стал, сосредоточив внимание на наказании Найры. Терпение было на исходе и дожидаться, пока эта змея поправит все завязки своих одежд, был не в силах.

Одним рывком закинул  брыкающуюся хитарис на плечо, удержав ее за попу, а самку племени схватил за запястье, волоком вытягивая из хижины.

– Ширхат! – взвизгнула Рина, размахивая ногами и шлепая меня по заднице. – Да поставь же ты меня! Слышишь?! Дикарь! Я сказала…

– Что происходит? – нашу шумную компанию быстро заметила толпа самцов.

– Все к костру! СЕЙЧАС ЖЕ! – рявкнул я, и уже подходя к месту общего сбора, заметил подлатанного Рухташа.

Удивленно наблюдая за происходящим, брат вздернул брови и сложил руки на перебинтованной груди.

Да уж, выглядел я в этот момент довольно странно…

– Ширхат, я не подумала! Не надо! – пищала Найра, вот только мое решение было непреклонным.

Грубо дернув девушку за руку, выволок ее на середину, между аккуратно стоящих лавок, которые уже занимали мужчины, и поставил Рину рядом.

– Стой здесь и молчи! – рявкнул на хитарис, которая уже ничего и не говорила, но недовольно зыркала на меня, надув пухлые губки.

Рух понял все без слов, встав по другую сторону от нашей будущей пары, тем самым позволив мне не беспокоиться, что она сейчас сбежит.

– Где родители этой самки? – взревел я, кивая в сторону сжавшейся Найры.

– Ширхат! Что происходит? – послышался голос из толпы, и к потухшему костру вышла один из отцов этой ненормальной.

– Фавар! Твоя дочь СЕЙЧАС ЖЕ выберет себе самцов! Или я отдам ее первым желающим! – зарычал я.

– Подожди, успокойся! Да что она сделала? – хлопал глазами растерянный мужчина.

– Папочка! – пискнула Найра. – Я не думала… Мама говорила…

– Замолчи! – рявкнул на нее охотник, вновь переводя взгляд на меня. – Ширхат?

– Твоя дочь уже обнаглела! У нее полностью отсутствует уважение к вожакам и другим мужчинам племени. Защиту и заботу она принимает как должное! Будто мы обязаны положить жизнь, дабы выполнять глупые женские прихоти! Я не собираюсь быть рабом! И не позволю самкам дальше относиться так к соплеменникам! Хватит! Женщины в последнее время совсем озверели! – скрипнул я зубами.