Руки дрожат, когда нажимаю на ручку, в спальне теперь включен свет, Дамир застилает кровать чистым постельным, на полу скомканной лежит простынь с небольшим пятном моей девственной крови.

Не знаю в какой раз за эту ночь мне становится стыдно. Я хватаюсь за край простыни, пытаюсь помочь Дамиру. Избегаю встречаться с ним взглядами. В воздухе витает неловкость и напряжение. Хорошо что он успел одеть спортивки.

В итоге я замираю посреди комнаты, упираюсь взглядом в картину, которую до этого не замечала из-за нервов. На ней изображён Дамир. Картина завораживает, притягивает.

Ощущение, словно изображённый на ней мужчина вот-вот и оживет.

— Все хорошо? — спрашивает Дамир, обнимает меня за бёдра и притягивает к себе. Его пальцы обхватывают меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Да, — выдавливаю из себя улыбку. Не знаю как с ним вести себя теперь и безумно нервничаю. Страшно, что после этого мы больше не увидимся. Ведь он меня предупреждал, что ничего не может предложить. А я уже вся в нем: тону, думаю, мечтаю.

Дамир выглядит довольным, прижимает меня к себе теснее, срывает с моих губ очередной пылкий поцелуй.

— Возьми в шкафу мою футболку, если хочешь. Хотя я бы предпочел видеть тебя в своей постели обнаженной, — в его взгляде снова зажигается жадность, уверенна он хочет ещё, но понимает что для меня это слишком. — Я схожу в душ, ложись спать."

"Я киваю в ответ, наблюдая за тем, как Дамир исчезает за дверью. Но в постель не ложусь, слишком много эмоций сейчас бушуют внутри меня, чтобы так просто лечь и уснуть. Тянущая боль внизу живота не даёт забыть чем я занималась этой ночью. На губах растягивается улыбка. Я открываю дверцу шкафа и прохожусь взглядом по ряду белоснежный выглаженных рубашках.

Слева полка, где идеально сложены футболки. Выбираю белую, что подлиннее. Но с моим ростом она все равно не прикрывает даже до конца бёдра.

Закрываю шкаф и оглядываюсь по сторонам. Взгляд снова цепляется за картину. Я подхожу к ней. Разглядываю каждую черточку лица Дамира. Усмехаюсь, когда в голову приходит мысль, что он может быть Дорианом Греем. Почти невесомо веду пальцами по холсту, замечаю внизу подпись художника. Валери.

Стало вдруг любопытно узнать историю картины. Дамир не похож на человека, который занимается самолюбованием.

Я настолько погрузилась в раздумья, что не заметила как мужчина оказался позади меня.

— Почему не спишь? — вздрагиваю от глубокого мужского голоса. На затылке волоски поднимаются от его близости.

— Тебя ждала, — оборачиваюсь к нему и сдержанно улыбаюсь. — Тот кто рисовал твой портрет или очень хороший художник, или очень хорошо тебя знал, — киваю на картину.

— Да, — выражение лица Дамира в мгновенье изменяется. Он становится хмурым и отрешенным, а я жалею что завела эту тему.