Кать, ты то хоть пойдёшь?

— Не, мы с девчонками из первого и третьего звена идем в салон мадам Соболевой.

— Фу, кисляк этот! — сплюнул Антон.

— Ты то откуда знаешь? — спросили мы все хором и заржали.

— А чего знать? — напрягся Антоха, будто случайно ляпнул лишнее. — Туда одни девочки ходят, а там, где девочки без мальчиков, всегда скучно.

— А вот тут ты не прав! — огрызнулась Катерина и покрутила кукишем у него перед носом. — Где нет мальчиков, бывает ещё веселее!

— Ну-ну, — прокомментировал Антоха и криво улыбнулся. — Знаем мы.

— Оставь при себе свои грязные тупые намёки, придурок!

Антон отмахнулся от неё и уставился в окно. Мы уже въехали в Тверь, пробок ещё не было. Немного попетляли по улицам и через десять минут припарковались у общежития юридического университета. Студенты были на каникулах и для нас подготовили комнаты.

Казенная одежда отправилась на вешалку в шкафу, я оделся в гражданку, взял ноут и отправился в кафе. Хотел совместить приятное с полезным, наконец-то пообедать и поискать инфу про герцога Альтенбургского. Слишком часто в последнее время мои интересы пересекаются с деятельностью его подопечных, что вызывало много вопросов. Буквально месяц назад я даже не подозревал о его существовании.

А ещё напрягало то, что он имел интерес и к Самарской губернии, где жил и процветал мой отец, граф Михаил Дорофеевич Строгонов, с новой молодой супругой Софьей Тимофеевной, теперь тоже графиней. И у меня возникал вопрос, отсюда туда ведут ниточки, или наоборот. Если оттуда, то не отец ли с его помощью пытается меня разыскать и вернуть восвояси?

Оставался вариант, снова сменить имя, фамилию и место жительства. Возвращаться домой к деспоту отцу и его молодой жене, плотоядной мегере Софье, желания ноль. Я слишком долго готовился и выстраивал ниточки и способы, чтобы свалить из родового гнезда и раствориться в шуме многомиллионного мегаполиса — столице Российской Империи Москве.

Подделать в наше время документы, причем очень реалистично, не просто. А ещё сложнее, выбрать имя и фамилию, имеющие значение, но не имеющие претензий к внезапно появившемуся новому родственнику. Лучшее, что я смог найти, это пропавший без вести и уже всеми забытый ссыльный в Приуралье граф Бестужев. Теперь я не Дмитрий Михайлович Строгонов, а Павел Петрович Бестужев. Потомок практически канувшего в небытие, амнистированного, но не вернувшегося обратно в Московскую губернию декабриста Александра Анатольевича Бестужева."

"Нет уж, снова менять личность я не собираюсь. И фамилия мне нравится, и те изменения в моем лице, которые внесли искусные хирурги из полулегальной косметологической клиники в Тамбове. Они даже умудрились поменять тембр моего голоса.