— Ступень что ли взяли? — спросил я, едва ворочая языком.

— Ага. Мне что-то рука твоя не нравится.

— И мне. Потом разберёмся, надо валить отсюда поскорее.

— Кать собери его ножички по поляне, — сказал Андрей, — а мы с Антохой самого героя к машине потащим.

— Ножны в кустах, не забудьте, — пробормотал я.

Всё плыло перед глазами, надо срочно медитировать. Я закрыл глаза и полностью сосредоточился на потоках энергии, особенно на тех, что витали рядом. Чувствовал, как меня подняли с газона и потащили. Слышал их испуганные голоса, особенно сильно встревожилась Кэт, Андрей её успокаивал. Я не обращал на всё это внимания, занимался восстановлением левой руки, но, несмотря на все мои усилия и маскимальную сосредоточенность, почти ничего не смог сделать.

Когда ещё Андрей так аккуратно будет вести машину? Надо запомнить этот момент. Когда я наконец открыл глаза, перед носом появилась рука Антона с веером энергетических батончиков. Самое время, молодец, бро. Я один за другим отправлял их в рот, стараясь тщательно пережёвывать. Выглянул в окно, мы неторопливо катились по кольцевой.

— А куда это мы едем? — поинтересовался я.

— Как куда? — удивился Андрей, — к Войно-Ясенецкому естественно.

— Нахрена?

— Блин, Паша, тебе руку спасать не надо?

— Да уже нормально всё. Ну почти.

Я вытянул перед собой левую пятерню. Владеть рукой я уже могу, но цвет у неё всё ещё был не очень и чувствительность вернулась не полностью.

— Ладно, уговорил, поехали.

— То-то же, — кивнул Андрей и свернул с кольцевой, как раз наш поворот на Рублёво-Успенское шоссе.

Вспомнил про браслет и уставился на табло, где рядом с надписью «А 1» была заполненная больше, чем наполовину шкала. Очень даже неплохо. На левом рукаве зияла брешь с опаленными краями. А вот это печально, как я объясню порчу дорогостоящего костюма? Или признаться, что на меня было покушение? Не факт, что мне это чем-нибудь поможет. И даже посоветоваться не с кем.

Юрий Алексеевич обрадовался нашему появлению, но потом увидел мою руку и нахмурился. Ничего не говоря он махнул рукой, чтобы я следовал за ним. Ребят Клавдия Тимофеевна повела в гостиную.

Мы вошли в кабинет, где в прошлый раз лечили Антона. Целитель велел мне раздеться по пояс и лечь на стол, я молча выполнил его указания. Рана на плече была неглубокой, края обугленные, мне так и не удалось с ней ничего сделать. Хорошо хоть не кровоточит. Кожа на всей руке была бледная с сиреневым оттенком, который ближе к ране становился сочно фиолетовым.

— Это не просто магическое воздействие, — ученый покачал головой. — Здесь ещё и сильный яд, который убивает медленно, но верно. Я уже встречался с этим раньше, думал, что рецепт его изготовления забыт, оказывается нет.