Естественно, что причиной их ссоры был назначен я, а наказывать меня решили, через опустошение холодильника, причем как они умудрились сожрать все, я так и не понял, ладно Виталий, ему есть надо много, он здоровый, но эти то куда? Аленка тощая, Варька мелкая, Марья шикарная, Полина рыжая, им не положено столько есть, это противоестественно, в них просто физически столько не влезет. Так мало того, что они уничтожили все мои запасы, сейчас они стояли вокруг меня и требовали, чтобы я сходил в магазин. Я чувствовал себя как мама птичка в окружении птенцов, которые только и хотят в этой жизни, что жрать. Хорошо, что очередным визитером оказался волк, с пакетом пирожков в зубах, которые у него тут же с боем отняли. Причем Марья заявила, что это жуткая гадость и съела три, остальные время на критику тратить не стали и поглощали молча. А я сидел, грустный и забиты в уголочке, прижимая к груди банку с чаем, единственную тару в моем доме из которой можно было пить, сидел и понимал, что у меня ее скоро обязательно отнимут, эти гарпии, пусть и очаровательные но злобные и прожорливые, они заберут у меня мою баночку, как забрали пирожки у волка, сидевшего у моих ног трагически опустив уши.

— Девочки! — Попытался я переключить их внимание. — А как мы поедем то? Платья ведь могут помяться.

— Нормально поедем. — Успокоила меня Марья. — Эта ткань не мнется, я сама выбирала, сама шила, так что все будет хорошо… — Ее взгляд остановился на моей груди, вернее на моей баночке с чаем. — Дим! — Проворковала она. — А дай чаю глотнуть?

Из кухни я сбежать не сумел, и гад Виталий на помощь не пришел, я был лишен своей драгоценной банки и отправился вместе с волком к Витале смотреть телевизор без чая.

Впрочем, я был вознаграждён за мучения, когда настало время и они вышли, я задохнулся и совершенно не притворно схватился за сердце, как они были прекрасны, и по отдельности, а когда все вот так вчетвером.

— Дмитрий! — Строго обратилась ко мне Марья. — У Вас слюна капает и прямо на линолеум.

— Аххау. — Согласился я с ней, белоснежное платье с редкими искрами было словно снег солнечным днем, высокая грудь почеркнутая глубоким, но не пошлым декольте, тонкая талия. Остальные так же ей не уступали, длинные вечерние платья, зеленое у Полины, красное у Алены, темно синее у Варвары. — Аххауу. — Повторил я.

— Аххауу. — Согласился со мной Виталий.

— Аххаууу, конечно, — Подтвердил волк. — Но нам ехать пора, если опоздаем, то вот этим двоим, Василиса их аххауу оторвет, а вас просто на ругает.