— Срочно доставь моего друга в госпиталь!

Командир «Железного братства» коротко кивнул. Без лишних слов он закинул Абдуллу на плечо, легко, словно мешок с пенопластом, после чего устремился в сторону бульвара.

— Забыл предупредить, — почесав щетину, бросил я. — Лучше не пробовать читать мои мысли. Если ваш нервный друг выживет, так ему и передайте.

Огляделся вокруг, оценивая обстановку. Люди и кайты застыли, как статуи. Тишина стояла такая гнетущая, что слышно было собственное дыхание и стук сердца в груди.

Едва ступил на этот остров, а уже устроил здесь адский спектакль.

Тысяча Диабло! Даже не представляю, за кого теперь меня будут считать земляки.

Но знаете что? В этом есть свои плюсы. Страх — мощный инструмент, и я намереваюсь использовать эту инициативу прямо сейчас.

Спрыгнул с подиума и решительно направился к кайтам.

Люди шарахались от меня, как от прокажённого. Толпа расступалась, создавая широкий коридор. А я ещё и рожу хмурил намеренно, опустив брови так, что глаза скрылись в тени.

За мной увязался какой-то странный тип с косоглазием и попытался присесть на уши. Обратил внимание на то, что склеры у него были ярко-синего цвета.

Мужичок семенил следом, как назойливая дворняжка, и его намерения оставались непонятными.

— Сэр, — вполголоса мямлил он, едва поспевая за моими широкими шагами, — люди крайне недовольны мигрантами, прошу вас, сделайте что-нибудь!

Продолжил путь, демонстративно игнорируя его. Наконец дошёл до кайтов. И тут началось нечто странное.

Существа тоже расступались, чувствуя, что держу путь к лидеру. Мрук стоял где-то ближе к центру их скопища, характерный рог было видно даже отсюда. Кайты расставляли руки в стороны ладонями вверх, словно показывая, что безоружны, а потом резко приседали и подпрыгивали.

Движения напоминали какой-то древний ритуальный танец. Нечто среднее между гопаком и шаманским обрядом.

Я недоуменно наблюдал за этим цирком, пытаясь понять логику происходящего.

— Сэр! — косоглазый не унимался, его голос становился всё более настойчивым. — Таким образом они признают силу! Лишь перед некоторыми Северянами кайты начинают приседать, а нас, горожан, вообще ни во что не ставят!

Он махал руками, указывая на танцующих кайтов.

— Только силу понимают эти твари! Прибыли несколько дней назад, а ведут себя как хозяева! Таверны громят и пируют без остановки, — продолжал мужичок, и в голосе появились истерические нотки.

— Дайте же им как следует! Покажите, кто тут главный!

Настроение после всего увиденного было, прямо сказать, драконящим. Не таким я себе представлял знакомство с соплеменниками. Вместо радостной встречи — конфликты, вражда, разделение на касты. А тут ещё всякие подстрекатели подливают масла в огонь.

Резко развернулся к назойливому типу.