В следующий раз я проснулся уже, такое впечатление, заполдень. Во всяком случае чувствовал я себя выспавшимся, а квадратики света лежали на полу домика у самых окон. Вожатой не было, что меня нисколько не огорчило. Меньше рассказов о пионерском долге — лучше отдых.

Ни у умывальника, ни по дороге туда и обратно мне не встретилось ни одной живой души. Насчет мертвых — не знаю, не уверен, возможно, они следили за мной из кустов. Ну, что-то такое подозрительное там похрустывало порой.

Дошло. Все на обеде, оттого и никого вокруг. «На их месте должны были быть мы». Ноги в руки, и бегом принимать органическую пищу!

И точно. Влетаю в столовую, мечусь между столами как безумный, пока не засекаю свободное место рядом с Алисой. Чудесам нет конца. Плюхаюсь с подносом рядом, и наивежливейшим тоном, на ушко:

— Доброе утро, сударыня, как почивалось?

Алиса, мрачная как туча, только зыркнула недобро да буркнула что-то про себя. Будем надеяться, что про себя, я не вслушивался особо. Я ложкой работал, там суп был с вермишелью, очень даже неплохой.

Алиса еще помолчала угрюмо некоторое время, но потом желание поговорить пересилило, видимо, все остальные желания.

— Хорошо поужинал вчера?

А, ну понятно. Я же не с ней ужинал, я с Леной сидел. А Лена ей, интересно, кто? Персональный враг? Это я удачно зашел.

— Спасибо, было очень вкусно. Манная каша — каша для богатырей. Жаль, что ты не подошла — вместе бы посидели.

— Я видела, вы с Леной так мило беседовали, что прямо не хотелось перебивать. Интересно, о чем? — Количество желчи в этой фразе било все рекорды, так что пришлось реагировать.

— Знаешь… — я картинно задумался. — Мы, конечно, знакомы всего ничего… Но когда мы вот так сидим рядом, мне становится так хорошо, так как-то… спокойно внутри. И пускай мы не всегда согласны друг с другом, и порой ссоримся из-за ерунды, это все неважно. Знаешь, говорят, что есть твой человек, а есть — не твой. Вот мне почему-то кажется, что ты — мой человек. Понимаешь, о чем я?

Алиса часто заморгала.

— Ну… не ожидала, честно… спасибо… неожиданно…

— Да, — меланхолично покивал я. — Примерно так же и Лена ответила, когда я ей это сказал.

«Восьмое и последнее правило бойцовского клуба: тот, кто впервые пришёл в клуб — примет бой.»

— Ты! — подскочила Алиса, красная, как яблоко, краснее, чем ее красные волосы. — ТЫ!!!"

"— Ну вот, — закричал я на всю столовую. — Кажется, Двачевская хочет меня убить, это довольно интересно…

И больше ничего не успел закричать, потому что мимо меня пролетел поднос, с которого, словно в замедленной съемке, планировала в сторону тарелка с гарниром, шрапнелью рассыпая вокруг себя вареную гречку. И еще сыпались авиационными бомбами котлеты и кусочки свежих огурцов.