И… я буду звать тебя графом, это звучит… интереснее. — Она зачем-то покраснела, отчего стала еще симпатичнее."

"Вот так. «Влюби в себя всех малолеток, парень! — А почему бы и нет, парень?»

Я озабоченно заозирался.

— Там вроде бы ужинать зовут. Хочешь, вместе пойдем?

— Конечно, граф, — Лена опустила глаза. — С удовольствием.

По дороге я интенсивно отмахивался от окончательно обнаглевших комаров, отгоняя их и от Лены тоже, что, кажется немного подняло ей настроение и развлекло. Вдобавок я в душераздирающих подробностях рассказал о трудностях закрытия обходного и жизни в одном домике с бескомпромиссной вожатой. Я, правда, с ней пока что не жил, зато у меня было хорошее воображение. Лена с удовольствием слушала и иногда улыбалась, что я расценил как явный прогресс.

В столовой зачем-то решили накормить нам манной кашей с медом. Это было явной ошибкой — Ульянка немедленно затеяла манную войну с малышней, которая сопровождалась отчаянными атаками через столы и лавки. Вскоре враждебная Ульянке армия уже беспорядочно отступала из столовой через окна, а ее победоносные войска, измазанные кашей по самую макушку, с воем кинулись вдогонку.

А мы с Леной просто как следует поужинали. Она оказалась интересным собеседником, немногословным, задумчивым и глубоким — для семнадцатилетней девчушки-то. Говорили, кстати, о литературе. Ей нравились Драйзер и Митчелл, а мне — Шекли и Мартин. Впрочем, в этом времени Мартин еще ничего не написал, так что я заменил его временно на Каттнера.

Несколько раз я ловил на себе раздраженные взгляды Алисы, но реагировать на них не стал. Я вообще за свободные отношения, кстати.

После ужина Лена извинилась и упорхнула куда-то, а я подумал, да и отправился домой. В свой домик, в смысле. Дом из него был пока, конечно, так себе, но это дело поправимое.

Вожатой все еще не было, так что я расстелился без помех, завалился спать и уснул раньше, чем голова моя коснулась подушки.

По всем правилам, ночью мне должны были сниться кошмарные откровения, мрачные намеки, чудовищные видения и прочие атрибуты нездорового воображения сценаристов молодежных триллеров. Но назло им всем, спал я крепко, долго и без малейших сновидений. Со страшной силой огорчил потенциальных зрителей, надо полагать.

Глава 3

Снова Алиса — Неприятные Самоделкины — Страшный парень Мика — Битва без жалости и милосердия

Утром, как мне смутно припомнилось, Ольга Дмитриевна пыталась меня добудиться, рассказывала что-то про линейку и долг пионера, который всегда готов. Но я, дурной спросонья, только ласково сказал ей сквозь одеяло: «Солнце мое, передайте, душевно вас прошу, линейке — Беня знает за линейку». И уснул снова. И никакая вожатая меня больше не побеспокоила.