При Игоре я держалась, а когда оставалась одна, у меня начинались самые настоящие психозы. Меня раздражало абсолютно все: мерзкая стрелка тикающих часов, неровно лежащая обувь, разводы на полу, крошка на столе…Из-за долбанной крошки я сгрызла собственные ногти до крови. Этим все не закончилось, дальше в ход пошли заусенцы. С каким упоением я буквально сгрызала собственную кожу, не передать словами. Но видимо это и стало отправной точкой походу к Лене. Нет, я бы сама ни за что не пошла, к ней меня отправил Игорь. Я «спалилась» именно на пальцах, которые вывели из себя уже Бессонова. Видимо на ногтях у него какой-то пунктик. Я сопротивлялась этому походу как могла, сетовала на злость от отсутствия сна, что в действительности и являлось правдой. На что у Игоря нашелся быстрый ответ: она мне даст снотворное, от которого самого Бессонова срубило на двенадцать часов. Он так расхваливал чудодейственное лекарство, что я согласилась. Мне хотелось вырубиться хоть на несколько часов. И первое, что я брякнула с порога- «дайте мне то снотворное». А она в ответ рассмеялась. К своему стыду, именно тогда мне захотелось выколоть ей глаза. Первое, что приходило на ум: эта гадина еще и насмехается. И только через несколько секунд, усадив меня в кресло, она объяснила свой смех. Не было тогда никакого снотворного, она дала Игорю таблетку пустырника… Потом был уже мой смех, истерический или нет, не знаю, а еще был жуткий стыд за то, что хотела сделать с ее глазами."

"Вот с того памятного дня она и занялась моей головой. В случае Игоря его вырубило не от «снотворного», а от того, что он отпустил себя, приняв решение. Кстати, решение касалось непосредственно меня. В моем же случае пустышка не поможет, каким громким словом ее не назови. Я не примирилась со своей совестью от слова ""совсем"". Лена не стала для меня психологом. Она стала женщиной, с которой я просто говорила. Женщиной, которая рассказала мне не только свою историю, успокоив меня, что все мы немного психи, она открыла мне Игоря с другой стороны. Нет, она не трепала языком о его прошлом, об этом я сама каждый раз после наших с ней встреч допытывалась у самого Игоря. Но именно она подталкивала меня к этому. Она же со временем научила меня уживаться с чувством вины. К сожалению, горечь от происходящего никуда не ушла и вряд ли не уйдет в ближайшее время, но жить стало безусловно легче. По крайней мере ко мне вернулся сон, и я не срываюсь на всех вокруг. Временами даже хорошо, вот как сейчас. Иногда я вообще ощущаю себя до безумия счастливой, казалось бы, от самых простых вещей.

— Олеся, я не люблю помидоры с отрезанными ногтями. Достаточно посыпать их солью. А ногти лучше оставь при себе.

Если бы не женский голос, эту речь я однозначно приписала бы моему Бессонову.