— А пойдем вот на тут горку, там на ватрушках будем спускаться.

— Нет, Олесь, ты иди одна, меня туда не пустят.

— Почему?

— Потому что там для мелких, типа тебя, и я сейчас не шучу и не издеваюсь.

— Ну ладно, тогда я пойду, да?

— Иди, конечно.

Не пошла, а почти побежала. Перевожу дыхание и спускаюсь в бассейн, облокачиваясь спиной о бортик. Кто бы мог подумать, что такое неприятное утро выльется в такой вечер. Пожалуй, впервые за последнее время я не испытываю чувства вины за то, что мне в кой-то веке хорошо. И вот так, просто смотреть на спускающуюся на ватрушке Олесю, оказалось очень даже приятным занятием, особенно интересно наблюдать за ее восторженным лицом и приподнятым вверх большим пальцем.

Да и я недалеко отошел, показывая в ответ этот же жест. Да, да, иди катайся на волнах, если это вообще можно назвать волнами, киваю ей головой на ее жесты в сторону волнового бассейна. Вот же парадокс, как мало нужно человеку для счастья."

"— Я уж подумала, что мне надо срочно к окулисту, оказалось нет, глаза меня не подвели. Добрый вечер, Игорь, — поворачиваться на хорошо знакомый голос нет никакого смысла, проще сделать вид, что это не я или попросту изгнать белобрысую силой мысли и слова, что я собственно и делаю, сложив руки и прикрыв глаза.

— Сгинь, нечистая сила, сгинь, сгинь, сгинь.

— А я ведь могу и обидеться, а вам потом не на ком будет упражняться в словоблудии. Оно вам надо?

— Мне можно подумать или давать ответ сразу?

— Можете позвонить другу, хотя… глицин не возьмет трубку, значит сразу.

Глава 35

— Игорь, вы пугаете меня своим молчанием.

— Вода в легкие попала, вот и молчал, ждал так сказать, когда рассосется. Вы, кстати, чисто случайно не помочились только что в воде?

— Помилуйте, с чего такие выводы? — наигранно удивляется Елена, прикладывая руку к груди.

— Да вот я только что почувствовал тепло у ноги, а рядом только вы.

— Это жар моего тела, Игорь.

— Теперь это так называется? Буду знать, что говорить людям, когда решу пописать в бассейн.

— Ну все, закончили?

— Я еще не начинал, сейчас что-то не хочется в туалет, — я честно надеялся, что белобрысая свалит, ибо совершенно не настроен разговаривать, но ее взгляд, напрочь пронзающий мой профиль, просто не оставляет шансов делать вид, что меня тут нет.

 — Ну чего надо, Елена?

— Сначала я подумала, что обозналась, мало ли похожих друг на друга людей, ну никак вы не могли у меня ассоциироваться с улыбающимся и счастливым мужчиной. Потом все же убедилась, что это вы. У вас такой специфический прожигающий взгляд, я бы сказала сканирующий. Взгляд…

— Оборотня. Олеся так говорит, — сука! Отрежьте мне кто-нибудь язык! Ну сам же даю ей пищу для разговоров. — Это не то, о чем мог подумать ваш блондинистый мозг.