Еще некоторое время девушка смотрела на него.

Это был трудный момент, неприятный для любого мужчины. Сейчас она имела право бросить ему в лицо любое обвинение, и ему пришлось бы проглотить, стерпеть.

Вместо этого Амелия неожиданно произнесла:

— Сир, мужчину делают великим не богатство и не военная доблесть. Он становится великим, когда совершает невозможное.

Родхар невольно вздрогнул, а Амелия сказала уже другим тоном:

— Вы можете сделать для меня кое-что.

Ему пришлось выдохнуть.

— Что именно? Скажите, и я это сделаю.

Девушка болезненно поморщилась, потом начала, глядя в сторону:

— Сир… у меня способности к магии.

— Что?! — вырвалось у него.

— Да, — Амелия кивнула.

Потом вытянула руку ладонью вверх. На ладони заплясал язычок пламени, превратился в огненный шарик, который она покатала в пальцах, и исчез. И пока Родхар потрясенно смотрел, сказала:

— Это проявилось еще в детстве. Семья тщательно скрывала.

Еще бы! Подумалось Родхару, кому надобна на троне жена — ведьма?!

— А за два месяца перед тем, как отправить меня на отбор, мой отец пригласил магистра Яна Торина из Неполисской Академии, чтобы запечатать мой дар.

А Ян… Мы…

Она сбилась. Молчала какое-то время, потом глубоко вздохнула.

— Чтоб вы знали, сир, запечатать дар — это чудовищно. Это все равно что жить с постоянным ощущением…

— Я имею представление, — сказал Родхар.

У него тоже был своевольный тотем рода.

— Сир, я бы хотела учиться в Неполисской Академии и стать магиссой.

Магиссой? Неполис еретический город. Издревле славился как вольная и неприступная цитадель магов. Странное желание для принцессы, участь которой сводилась к тому, чтобы быть разменной монетой в политических играх отца, но Родхар мог понять ее, как никто.

— Я сделаю все, что будет в моих силах, — сказал он. — Обещаю вам, Амелия.

Она солнечно улыбнулась, впервые за все время их знакомства, и проговорила:

— Спасибо, ваше величество."

"Прогулка продолжилась еще немного, но когда главное уже выяснено, оставалось только придумать, как выполнить обещанное.

Следующей на очереди у короля была дочь главного ловчего.

* * *Все остальные в этом проклятом замке были заняты своими делами и развлечениями, одна Истелинда не могла найти себе места.

Ожидание и неопределенность. Дурное предчувствие, которое возникло еще вчера, и никак не отпускало. И никакой возможности связаться с отцом.

Замок по-прежнему был закрыт. Приказ короля. Неофициальный. Но так было даже хуже, потому что за этим скрывалась какая-то тайна.

А прогулка, на которую король забрал ту бессловесную рыбу, принцессу Грихвальда, все тянулась и тянулась. Ей уже стало казаться, что они отсутствуют целый год. Однако наконец два всадника въехали во двор.

Истелинда увидела их из окна своей комнаты.