Начальник шифровального отдела подполковник Стариков лишних вопросов не задавал. Седины у него появились не сами по себе. Он как-то подтянулся, побледнел, но выложил списки личного состава и рассказал о каждом.

– Что-то случилось, товарищ майор?

– Все в порядке, Виктор Андреевич, – ответил Влад и обезоруживающе улыбнулся. – Агенты и шпионы кончились, занимаемся статистикой и отслеживанием перемещений военнослужащих согласно приказу армейского управления контрразведки. Отмечены случаи бегства к янки советских офицеров из района Трептов. Случай не системный, да и американцы, чтобы с нами не ссориться, выдали их обратно.

Но все же командование отдало приказ усилить контроль за командным составом и предоставить сведения о том, где бывает народ в свободное время.

– Ладно, если так. – Подполковник Стариков облегченно выдохнул.

Инцидент с перебежчиками действительно имел место. Случай был расследован. Один из бегунков проходил службу в политотделе дивизии, воспитывал солдат в духе верности идеалам марксизма-ленинизма и неприязни ко всему западному. Участь его была предрешена в тот же час, когда союзники любезно вернули предателя представителям Красной армии.

Он не представлял интереса и был расстрелян через день. Всем остальным беднягам светило долгое отбытие наказания в колымских лагерях.

– Владислав Сергеевич, вы в своем уме? – Ольга Ефимовна Догужинская слегка растерялась, когда он обратился к ней с аналогичной просьбой.

В красивых глазах с длинными ресницами блеснуло беспокойство, впрочем, вполне объяснимое.

– Что происходит, товарищ майор? – Она нахмурилась, напустила на себя строгий вид.

 – Вы подозреваете своих? Не надо мне тут кивать на какие-то приказы свыше и тому подобное. Может, и меня начнете подозревать?

– Что вы, Ольга Ефимовна, это излишне, – сказал Градов. – Хотя бы по той причине, что вы женщина. – Он немного смутился и не стал развивать тему.

– Вы весьма загадочны. – Заместитель начальника отдела передернула плечами. – Я понимаю, вам нужно себя показать за неимением настоящих шпионов и диверсантов.

– Ольга Ефимовна, давайте не будем толочь воду в ступе. – Майор контрразведки отличался ангельским терпением.

 – Мы ни в чем не обвиняем ни вас, ни вашу службу. Просто предоставьте все нужные сведения, не задавайте вопросов и постарайтесь не болтать. Уверяю вас, это не повод с текущего дня обращаться друг к другу на «вы» в приватной обстановке.

Ольга Ефимовна фыркнула и задрала нос.

Эта женщина была на фронте с сорок третьего года, служила в радиоотделе стрелковой дивизии. Потом ее перевели в контрразведку. Она имела правительственные награды и безусловные заслуги перед Родиной.