Зверь считает себя кем-то вроде бога.

Бога наоборот.

Я останавливаюсь напротив Зверя. Пошатываюсь. Паника подавляет все эмоции. Не могу мыслить трезво. Пульс гремит в голове. Толчки крови отдаются болью в затылке.

— Поцелуй меня, — командует Зверь, прожигает до самого нутра леденящим взглядом. — Я жду.

Глава 5. Арина

Поцеловать? Его? Монстра? Изверга? Этого бандита без понятий о чести?

Я медлю. В голове не укладывается, как я буду касаться его.

Внезапно перед глазами всё затягивает алым маревом. Как будто кругом плещется кровь.

— Эй, не падай, рохля! — цедит сквозь зубы Зверь.

Обхватывает меня своими ручищами за талию. Рывком поднимает вверх. От резкого рывка дух захватывает. Краткий миг полёта.

Он держит меня высоко над полом. Как пушинку или соломинку. Перехватывает руки. Сминает талию одной рукой. Вторую запускает в волосы. Приближает меня к своему лицу.

Суровые черты. Полные, алчные губы.

Моя кожа леденеет. Слёзы стынут в глазах. Я должна быть благоразумной."

"Зверь бросил угрозу о многих мужчинах. Один — лучше, чем все другие. Но даже одного для меня слишком много.

Я невинна и неопытна. А он взглядом пронизывает меня насквозь. Обещает жаркую похоть и грязь. Много грязи.

— Всему придётся тебя учить! — презрительно кривит полные губы. — На первый раз прокатит. Но советую привыкнуть исполнять мои приказы.

Он крепче прижимает меня к себе. Жар его тела опаляет кожу. Прямиком до мяса.

Выставляю ладони. Упираюсь в его широченные плечи. Под пальцами бугрятся мышцы. Твёрдые, как сталь.

Терпение Зверя заканчивается через мгновение. Он стремительно приближается. Я не закрываю глаза. Поэтому вижу, как полыхают демоническим огнём его зрачки. Расширяются, словно бездонные колодцы. Это тьма. Она ведёт прямиком в бездну.

Он обрушивает на меня свои губы. Жёсткий напор. Властный. Против такого не устоять. Я не выдерживаю и зажмуриваюсь. Замираю, как мышь. Он поддерживает меня своими широченными ладонями.

Настоящий исполин. Великан.

Зверь жёстко берёт мой рот в плен. Его губы напористо накрывают мои. Пробуют на вкус. Смакуют.

Он не хочет останавливаться на этом. Его губы раздвигают мои. Язык ввинчивается в мой рот яростным буром. Я всхлипываю и забываю, как дышать.

Готовлюсь к мерзкому. Думаю, что стошнит. Но жар его влажного языка действует иначе. Он дрессирует меня глубокими, рваными толчками. Приручает быть покорной. Заставляет распахивать рот и принимать. Вглубь. Почти до глотки.

Тело вибрирует странным трепетом.

Поцелуй становится невыносимо тягучим и безжалостным. Зверь выпивает из меня душу. Через язык и через губы. Похищает кислород. Становится единственной возможностью жить.

— Так-то лучше…

Его слова шумят в моей голове. Как яростные волны об утёс. Зверь ставит меня на пол. Ухмыляется.