Чтобы Рустам крепко, до хруста, сжимал меня в объятиях, а я бы говорила ему, что люблю, что любовью можно стереть всё — любые шрамы, перекрыть любую боль и дать толчок новой жизни.

Я хотела бы выбирать имена нашим детям, пытаясь спорить, но в итоге соглашаясь с Рустамом. Пока он где-то вдалеке пытается настигнуть отца, который отбрасывает гибельную тень на наши жизни, я вспоминаю, сколько счастливых моментов было у нас. Мало. Так до обидного мало, что я начинаю плакать.

Нам нужен второй шанс. На новую жизнь. Без боли крови и смерти. Я от них до ужаса устала.

Глава 119. Арина

Когда кто-то трогает меня за плечо, понимаю, что уснула сидя, завернувшись в кокон из одеяла. Сначала я чувствую запах. Сквозь кровь и порох ощущаю знакомый, пряный запах мужчины.

Его появления я ждала, почти не веря в чудо.

Но сейчас он рядом.

Если только это не сон.

Вслепую навстречу тянусь, схлёстывая руки за мощной шеей.

Капканом.

Цепко, чтобы никто не смог разорвать. Ни враги, ни сама смерть.

— Ты пришёл?

— Пришёл за тобой. Как не прийти, Малая? Совсем с ума сошла, что ли?

Рустам держит меня бережно, но крепко. Трогает пальцами всюду. Целует волосы и глаза. Губы жадно обкусывает. Растворяет в объятиях без следа. Сердце гремит в груди барабаном. Гулко и громко. Навылет. Ничего не чувствую, кроме его тепла и силы. Ничего не вижу. Слепну от потока горячих слёз.

Перебираюсь к нему на колени. Тонкая одежда царапается. Рвётся. Намокает. От крови, что ли? Перевожу взгляд вниз. Точно кровь. Так много…

— Ты ранен? Тебе надо в больницу.

С тревогой смотрю в лицо. Покрытое заживающими ссадинами и свежими синяками. Скулы ещё острее стали. Щетинка колкая. Колет подушечки пальцев, как иголкой.

Но губы те же. Умелые. Порочные. Алчные. Манящие. Не оторваться. Сама тянусь, целуя. Грубо и жёстко, со стоном, в тот же миг раздвигает языком рот, долбясь до глотки. Трахает.

— Да-а-а-а! — стону.

Всхлипываю. Кусаю его язык. Сосу его. Так же жадно. Чтобы полностью почувствовать, что он рядом. Мой. Живой. Из плоти и крови.

— Малая моя… Как же ты тут была, а?

Спрашивает. Ответить не даёт.

Жрёт мои губы, высасывая воздух. Лишает кислорода. Взамен накачивает жизнью. Яркой и живительной влагой.

— Не знаю. Я только о тебе думала и о сыне. Ты же знаешь, что у нас сын будет, да?

— Нет, — рубит. — С чужих слов знаю. Не от тебя. От тебя услышать приятнее.

Поднимается, удерживая меня на себе. Крепко держусь за него и руками, и ногами, повиснув на массивном теле. Рустам подбивает одеяло, набрасывая на спину. Согревает спину горячими ладонями. Растирает.

— Совсем ледышка.

— Отогреешь?

— Как бы не сгорела, — хмыкает. — Я по тебе пиздец как голоден.

— Я тоже.

Крепко вжимает, наклоняет голову к плечу, накрывает затылок ладонью.

— Я тебя заберу. Только ты по сторонам не зыркай. Ни к чему.