Прости, я думала, получится отмыть пятна и быстро подсушить их, но чёрта с два: испоганила платье окончательно. Пришлось переодеваться, а пока я рылась во всей этой куче шмоток, чтобы найти другой наряд, ещё и чулки порвала, поэтому и задержалась, – громко тараторит девочка, неуклюже несясь на каблуках к нам из другого конца коридора, и чуть ли не подворачивает ногу, когда, сократив расстояние между нами до пары-тройки метров, резко останавливается, завороженно уставившись на Адама.

То же делаю и я. Но предметом моей предельной сосредоточенности оказывается именно девочка в элегантном и довольно откровенном для её юного возраста атласном платье насыщенного зелёного цвета, что эффектно гармонирует с её смуглой кожей и блестящими, идеально выпрямленными волосами цвета золотой карамели.

Мне требуется несколько секунд усердного разглядывания её покрытого безупречным вечерним макияжем лица, чтобы узнать в этой девочке хорошо знакомого мне человека.

– Камилла? – с безмерным удивлением выдыхаю её имя, мгновенно собирая на себе три пары не менее изумлённых глаз.

– Николь? – поражается она спустя энный промежуток времени, потраченный на ответное опознание моей личности, изображающей сегодня совсем иное амплуа.

 – Да чтоб мне лопнуть! Ничего себе! Тебя не узнать!

– О тебе я могу сказать то же самое.

– Вы знакомы? – сдержанная мужская заинтересованность также не заставляет себя долго ждать, и у меня не сразу получается определить, что вопрос задал именно Адам, а не его отец, успевший уже поравняться с ним в явном желании уберечь Камиллу от гипнотического влияния сына.

– Да, – утвердительно киваю и, видя, как девочка не решается подойти ближе, сама направляюсь к ней.

 – Милла посещала мои занятия по танцам в детдоме… – и, оказавшись в её крепких объятиях, тихо шепчу ей на ухо: – Пока не сбежала оттуда.

– Всё нормально! Роб в курсе и уже пытается решить эту проблему. Как же я рада тебя видеть, Ники! – с искренним восторгом произносит она, сдавливая меня ещё сильнее.

Со всеми ребятами в интернате у меня установлены тёплые отношения, и Камилла не исключение. Скажу даже больше: с такой озорной, сверх меры болтливой и безудержной душой компании, как она, найти общие темы для разговора смог бы даже бездушный пень.

И, по всей видимости, мистер Харт – прекрасное тому подтверждение."

"– Да уж, я тоже. Но ещё сильнее рада видеть, что ты цела и невредима. Ты хоть представляешь, какой дурдом устроила в детдоме своим побегом? – освобождаюсь от её хватки, досконально оценивая её миловидное лицо.

– В дурдоме оказалась бы я сама, если бы вовремя оттуда не сбежала, – всего на миг помрачнев, она вновь озаряется лучезарной улыбкой и, как заведённая, приступает извергать шквал своих позитивных эмоций.