Но вон, даже гадкий Амин сюсюкается с внуком, а Аристов воротит нос от детей, и это не первый звоночек уже, между прочим! Вздохнула, пытаясь оттереть белое пятно влажной салфеткой, и сменила тему:

— Так что там с контрактом? Ты уже виделся с кем нужно?

— Да, — процедил Денис.

Проследила за его взглядом и ахнула:

— Только не говори, что…

— Да, это он, твой арабский друг. Вот только он выбрал «Эрдол Индастри», а не нас. Оставаться дольше нет смысла, так что идём.

— Я… мне нужно в туалет, — опустила глаза на пятно, которое не желало оттираться.

Аристов снова скривился:

— Попрощаюсь и буду ждать в машине.

— Хорошо.

Проводила глазами его удаляющуюся спину и медленно двинулась в сторону коридора.

Денис.

Простился с хозяином и пожелал всем хорошего вечера. Шульцман и ибн Хабиб уже даже не скрывали того, что заняты исключительно друг другом. Плевать.

Оказавшись в салоне авто, снова открыл ноутбук и занялся изучением коммерческих предложений. Вот китайцы молодцы, вот это скорость, это я понимаю — парни желают сотрудничать. Ещё бы качество изделий им подтянуть, а то даже страшно, если честно. Ну ладно, что там у нас?

Так увлёкся, что не заметил, как пролетело время. Щёлкнула, открываясь, ручка двери и внутрь ворвался поток холодного воздуха с улицы вперемешку со сладкими духами. Повернул голову: улыбающаяся Карамзина. Чему радуется — непонятно, а выяснять нет настроения.

Назвал водителю её адрес, машина плавно тронулась, и я снова уткнулся в экран ноутбука, как вдруг прямо на клавиатуру шлёпнулась пачка бумажных листов, позакрывав мне все окна.

— Вика, твою мать! — рявкнул было, да так и застыл. Взгляд зацепился за закорючки ибн Хабиба.

Схватил листы и пролистал их. Контракт. Подписанный Амином ибн Хабибом, полная наша версия без правок. Поражённо взглянул на неё, и только одно слово вертелось на языке:

— Как?

Вика улыбнулась снисходительно, довольная собой:

— Я же говорила, что мы справимся.

В памяти тут же всплыл похотливый взгляд араба на неё и его «хабибти» томным голосом с придыханием. Прищурился зло и всмотрелся в Вику:

— И что взамен?

— В смысле?

— За идиота меня держишь?

Вика раздражённо передёрнула плечами и отвернулась, тогда я схватил её за руку и грубо развернул к себе, всматриваясь в её лицо, пытаясь отыскать там стыд, раскаяние, стёртую помаду.