– Мобильник был действительно нужен мне, как и предлог, чтобы проверить, не началось ли кровотечение.

Дрожащими от страха руками я приподнял платье, спустил плотные колготки и облегченно выдохнул, не обнаружив никаких выделений, не говоря уже о крови, которую так боялся увидеть на светлом белье жены.

– Вот телефон! – Сунул его мне в руки вернувшийся Андрей.

Набрав номер частной клиники, где также имелась скорая помощь, я быстро обрисовал им ситуацию и, получив уверение, что машина прибудет максимум за пятнадцать минут, завершил вызов.

– Присмотришь за ней? Я сейчас вернусь, – попросил я Андрея, вставая с дивана и направляясь на кухню за водой и мокрой тряпкой.

Радуясь, что, в отличие от многих мужчин, знаю, где у нас хранятся кухонные принадлежности, схватил из ящика новое вафельное полотенце и, смочив его в холодной воде, направился обратно.

Мальчишка сидел на моем месте, держа Нифу за руку, выглядя бледным и испуганным.

Поставив стакан воды на столик, я не стал прогонять мальчика, встал около головы жены и положил полотенце Нифе на лоб, надеясь, что это приведет ее в чувство. Ее обморок напугал меня, ведь всю прошлую неделю она чувствовала себя просто прекрасно. Токсикоз, как и головокружение, больше не мучали ее, и мне было вдвойне страшно из-за этого внезапного обморока.

– Ихсан? Что случилось? – Удивленно моргнула Нифа, открывая глаза и оглядываясь по сторонам.

– Не двигайся, Золотко, – попросил я, удерживая ее за плечи, когда она попыталась встать. – Ты упала в обморок.

– Ох, – прикрыла она глаза, кладя руку на висок. – Голова кружится. Должно быть, давление упало.

– Сейчас приедет врач, вот он и выяснит, в чем дело. Ты, главное, не волнуйся, – попросил я жену, убирая компресс в сторону. – Ну и напугала же ты нас! – Выдохнул я, садясь на колени около дивана.

– Андрюш, ты чего? Испугался, маленький? – Нежно спросила она, притягивая мальчишку за руку, которой он все еще цеплялся за ее ладонь.

– Угу, – прогнусавил он заложенным от слез носом, прижимаясь к ее боку."

"– Со мной все хорошо, не бойся и не плачь больше, – прикрывая глаза и гладя его по волосам, прошептала Нифа.

Откуда она брала все это?! Как могла думать о нем в то время, как сама чувствовала себя так плохо? Великодушие этой женщины никогда не перестанет меня поражать. Разве не должна была она испытывать неприятие и гнев? Откуда только брались силы на эту привязанность?

Как оказалось, у Нифы действительно понизилось давление, но прибывший на всякий случай гинеколог осмотрела ее и взяла анализ крови, чтобы точно быть уверенной в том, что ни ребенку, ни моей жене ничего не угрожает.

Все же беременность после сорока протекала сложнее, и женщина должна была быть настороже.