Но вот только и я не смогу сделать вид, что все нормально, убеждать себя в этом. Мне нужна правда, какая бы она ни была. Может, и Марат в курсе чего-то, если просил не лезть к Тимуру с разговорами об Оксане? Тогда я наверняка в его глазах дура дурой, ещё и с рогами. А если и сотрудники? И рядились они на меня так не потому, что я жена генерального, а потому, что смеялись надо мной?

Нет, такими темпами точно до сумасшествия недалеко.

Решаю обдумать все ещё раз с утра. Или, возможно, муж захочет наконец хоть чем-то поделиться.

Засыпаю мгновенно, не дожидаясь Тимура. И, кажется, только положила голову на подушку, как сквозь сон слышу жужжание. И это явно не будильник, а звонок. Вибрация прекращается, но тут же снова. Кто-то настырный хочет меня слышать.

«Мама! Папа!» – мысль сметает остатки сна, и я хватаю телефон.

Номер незнакомый, и сердце начинает барабанить в ушах от страха. В такое время с незнакомого номера…

– Слушаю, – тихо отвечаю и иду к двери, чтобы не разбудить Тимура."

"В трубке какое-то шипение, стрекотание, и как только я закрываю спальню, какой-то неестественный, похожий на механический голос как на повторе начинает говорить:

– Ваш муж вам изменяет… Ваш муж вам изменяет.

Три раза прослушав, сбрасываю звонок, но в голове болезненной пульсацией эти слова все ещё стучат…

Глава 28

Тимур

– А где Лера? – спрашиваю у Аделины, которая в одиночестве пьет кофе на террасе.

– Я думала, она ещё спит, – удивлённо отвечает тетушка. – Нет?

Я только качаю головой и, нахмурившись, достаю телефон. Ни черта не понимаю. Когда я пришел в спальню, Лера уже спала. Кажется, среди ночи она выходила. А может, мне это приснилось?

Только нахожу нужный контакт, как слышу стук железной калитки, ведущей не на главную дорогу. Жена идёт по дорожке к террасе и только кивает равнодушно:

– Доброе утро.

Доброе утро? Поведение Леры не только мне кажется странным. Аделина хлопает глазами, одним взглядом спрашивая: «Что это с ней?»

Пожимаю плечами, хотя мысли есть. Это точно из-за нашего вчерашнего разговора. Иду за женой и, закрыв дверь комнаты, как можно мягче спрашиваю:

– Лер, ты где была? Я волновался, Аделина волновалась.

– Гуляла, – бросает жена, не глядя на меня. – Волноваться не стоит, я взрослая девочка.

Подхожу к ней и, развернув к себе, заглядываю в глаза. А там… Пустота. Такое пустое равнодушие, будто из человека душу высосали.

– Лера, да не было ничего у меня с этой Харитоновой! – легонько сжимаю ее плечи. – Неужели ты мне настолько не доверяешь?

– Не было, – кивает жена, сбрасывая мои руки и отстраняясь. – Хорошо.

– Давай поговорим, – вздохнув, я опускаюсь на кровать и одной рукой зарываюсь в волосы.

– Тимур, надо на работу собираться.