- К тому же, после тяжелого рабочего дня я хочу поужинать вместе с тобой, а не смотреть тебе в спину, пока ты уходишь к своей подружке, - презрительно произнес Андрей.

- Она не девка, а моя подруга. Закончим на этом! Отпусти меня, Андрей, я ведь иду не только к Лере, мне нужно покормить Ульяну, слышишь? Ужин готов, у нас все хорошо, почему ты на пустом месте делаешь ссору? – недоумевала я, пытаясь вернуться к этому состоянию «хорошо».

Примерно так проходили многие вечера, когда Андрей возвращался не в настроении. Просто обычно я ужинала вместе с ним, переступая через свое «не хочу», чтобы не злить того мужчину, которого, как оказалось, я совсем не знаю.

- У нас не все хорошо. Ты давно равнодушна ко мне, Вика, и я это заметил. С тех пор у нас не все хорошо.

- Перестань, - взмолилась я, - нас слышит Лера, и я не хочу, чтобы она стала свидетелем наших ссор.

- Наши ссоры начались уже после твоей беременности. Когда ты стала грубой и равнодушной, Вика, - упрямо заявил он полуправду.

- Не беременность тому вина, - вспыхнула я, коря себя за эмоциональность.

«Не беременность, а твой брат и твоя слепота!», - хотелось заявить мне, но я сдержала сей порыв, выдернула руку из хватки мужа и быстрым шагом направилась наверх.

Там, в спальне Тимура меня ждали Ульяна и Лера, и с ними мне было спокойно…

- А что тому виной?! – не выдержал Андрей, не позволяя мне уйти.

Дергаюсь, но его хватка на моем запястье лишь усиливается.

Как будто и не было того Андрея, с которым я познакомилась. Как будто и не было нескольких счастливых лет до появления Тимура.

Теперь мы были лишь сожителями. У Андрея было свое воображение, поскольку он считал Ульяну своей дочерью, но я знала правду и медленно умирала от этого.

- Ася. История Аси, которую ты мне так и не рассказал. Вот, что тому виной, - шепчу я."

"Его лицо каменеет, а взгляд стреляет убийственными огоньками. Мне кажется, что он вот-вот меня ударит, но ведь это мой муж, Андрей, ведь так? Он не может сделать подобное, поэтому я продолжаю:

- Андрей, Ася жила в этом доме. Под этой крышей. И все, что я знаю… этого чертовски мало. Она была беременна, и она наложила на себя руки. Ни ты, ни твой братец не пожелали рассказать мне правду, и да, мне очень хотелось уехать отсюда, чтобы спасти хоть что-то, что еще между нами оставалось.

После того, как отцу стало плохо, я просила тебя уехать отсюда хотя бы ненадолго – сменить обстановку, развеяться, отдохнуть. Мне было это необходимо. Но всю беременность я находилась в этом доме и терзала себя мыслями о той девушке, которую вы, по всей видимости, оба и любили. Ведь так, Андрей?

Замолкаю, чтобы внимательно присмотреться к выражению его лица. Но на нем ничего не меняется - Андрей мрачнее тучи.

- Расскажи мне, что с ней случилось.