Велика разница.

- Тимур сейчас руководит демонтажем пристройки и ремонтом в вашей ванной, - проинформировал Альберт Чернов.

- Спасибо, Альберт Артурович. Но мне все равно, я же сказала, что отказываюсь от этого дома, - заявила я, смотря в идеально ровный потолок.

- Какие у тебя дальнейшие планы, Вика? – понизив тон, спросил Альберт."

"Он шагнул к стулу рядом с моей кроватью, сел и задумчиво воззрился на меня.

- Я постараюсь помочь со всем, что будет в моих силах.

- Еще несколько дней назад я лежала в реанимации и была подключена к искусственной вентиляции легких.

Я была на грани жизни и смерти… поэтому сейчас говорить о планах даже несколько иронично, - усмехаюсь я.

- Прости. Прости, Вика, - стушевался отец Тимура, - если бы я только мог загладить перед тобой вину за... него.

Вспомнив, как Тимур ломился ко мне в палату, едва меня перевели из реанимации, я решила заявить об одном своем явном намерении:

- Я хочу уехать. Хочу уехать из Москвы.

- Уехать… - задумчиво произнес Альберт, и я увидела, как мое решение сильно задело его.

- Недалеко, - добавила я, - поскольку у меня здесь родители, да и вы с Еленой Михайловной будете скучать по Ульяне…

Затем я спохватилась:

- Постойте!.

. Как себя чувствует Елена Михайловна?

Чернов-старший потер свое лицо ладонями, и в этом жесте я увидела отражение Тимура. Да и в его лице, в его мимике – только Тимур. Андрея здесь нет, Андрей – не его сын. Удивительно, но, когда узнаешь правду, с твоих глаз словно исчезает пелена. Без правды ты веришь, веришь во что-то, и глаза - тоже верят.

- Она пережила инфаркт, - вздохнул Чернов, который словно постарел за эти дни на несколько десятков лет, - ее тоже вчера перевели из реанимации, поэтому я после нее сразу к тебе заехал.

Теперь ей предстоит долгая реабилитация, но она очень просила передать тебе ее искреннее соболезнование и… прощение за Андрея.

- Ох…

Мои кончики пальцев дернулись, едва я услышала это имя – Андрей... То, что случилось с женой Альберта, повергло меня в шок, когда я пришла в себя. Слава богу, что все остались живы. В том числе и я…

- Не нужно было ей говорить, что меня задушил Андрей, которого потом до полусмерти избил Тимур.

Хорошо, что вы вовремя остановились и не сказали о том, что и Тимур получил ножевое ранение.

Альберт нервно и коротко улыбнулся. Да, нервы зашалили у мужчины тогда дико. А как бы вела себя я, будь в сознании? Вот Лерка там кричала до беспамятства и рыдала навзрыд так, что пришлось и ее откачивать корвалолом.

- Я сейчас это понимаю, Вика. А в тот день, когда мы приехали к вам домой, нас поглотил ужас и страх.