Может, «Лесник» прав? Надо мстить, хотя бы ради будущих детей? Легко сказать. Он даже представить себе не может, как это сделать.

Глава 3

Брюс Блумфинг жил на окраине Морвиса — столичного города планеты Морловия. Он был крупным мужчиной, с красным и некрасивым лицом. Его нос, был давно сломан и повёрнут на бок, на левой руке не хватало мизинца, а на шее имелся не очень заметный шрам — след от острого ножа, которым ему пытались перерезать горло. На его груди — ещё один шрам, чуть более заметный — след от пули, которая когда-то пробила бронежилет и застряла в кости. А на правой ноге осталась уж совсем заметная отметина. То был след не от пули, или ножа, и даже не от лазера, а от зубов огромной собаки, которая набросилась на него на одной из планет Внешних Миров. В шкафу, в кабинете Блумфинга хранились некоторые экспонаты его не очень спокойной биографии. Среди них был нож, которым пытались порезать ему горло, пистолет, пуля из которого пробила бронежилет, и всякая всячина, вроде старого скремблера, или короткого дротика с отравленным наконечником. А вот зубов собаки, что пожевала его ногу, среди экспонатов не было. Блумфинг тогда треснул собаку между ушей, а потом, очень быстро убежал. Правда, не пешком, а на машине, но это сути не меняет.

Блумфинг жил не один. У него была дочь семнадцати лет от роду. Она была рослая и грудастая, а в руках имела силу крепкого мужика. Силу она от папы наследовала. Всё другое, начиная от характера и заканчивая внешними данными, позаимствовала у матери. Даже голосом они были похожи. Звали её Линдой. Мать свою она едва ли помнила — та бросила их, когда Блумфинг был в очередной командировке. Бросила, не оставив даже записки, скинув малолетнюю дочь в приют, вытащив из дома всю мебель и мелочевку, вплоть до тарелок, вилок и ножей. Вернувшись, Блумфинг мог бы найти её, но не стал искать. «Чёрт с ней», — сказал он себе и занялся дочкой. Но Служба не оставляла возможности уделять ей много внимания. То и дело начальство срывало его на «важные Дела» и каждый раз клятвенно заверяло, что это в последний раз. Мол, они понимают его положение, но и он их понять должен: дело срочное, а послать, как всегда, некого. Продолжалось это до тех пор, пока у него истёк срок контракта. Не смотря на все уговоры и посулы, он категорически отказался подписываться на новый срок и скоро оказался в отставке. Даже после этого, к нему нет-нет, да засылали связников, с просьбой оказать Службе «услугу». Блумфинг никогда не соглашался и со временем, его оставили в покое. Устроившись в строительную фирму, разнорабочим, он был вполне доволен своим новым положением. Вечерами, занимался с Линдой её уроками, по выходным дням, ходил с ней гулять, ездил на рыбалку, а зимой катался на лыжах.