- Не обращайте внимание, - торопливо сказала я, - Бася только что призналась, что иногда мечтает вызвать мужчин, послушных ей, молчаливых. Ну вы понимаете, некоторым девушкам лучше фиксировать свои объекты. Во избежание.

- О, тут я спорить не буду, - опасливо сказал Сухоревский, оглядывая мощную стать Бастинды, - сам бы бежал – пятки сверкали. А то, что она нас обзывает и платье на себе рвет – это нормально?

- Я прям детально не в курсе, только недавно с ней познакомилась, - призналась я под заинтригованными взглядами мужчин, - но, по-моему, в таких отношениях любят не только фиксировать мужчин, но и оскорблять при этом, унижать всячески. Иногда бьют.

Бася начала ловить ртом воздух. А на нее осуждающе посмотрели мужчин: двое вполне материальных и один прозрачный.

- Вас не существует! Они вас вызвали, но это болезнь! - жалобно заявила она, закрыла глаза и замотала головой. И вдруг решила прорываться.

Гроза конкурсанток зарычала, так и не открывая глаза, заревела сиреной и бросилась в сторону лестницы, вытягивая вперед могучие руки. Я пыталась удержать ее сзади за кофточку, но это еще больше испугало несчастную журналистку. И она рвалась, таща меня на буксире.

- Тема, - испуганно сказал Сухоревский, - оно что, бежит в нашу сторону?

- Игорь, спасайся, - прорычал Полунин, который стоял на верхней ступеньке и понимал, что у него единственный выход – разворачиваться и убегать вниз, но бросить друга одного он по-мужски не мог.

Я как могла тормозила ногами, меня мотало из стороны в сторону, но Бастинда была примерно три раза меня тяжелее, и это решило ситуацию.

- АААА, - заорал Сухоревский, встречая фигуристую торпеду лицом к лицу.

- АААА, - вторила ему Бася, вырываясь из моих рук, слепо на полном ходу впечатываясь во все осознающего, но уже ничего не способного изменить спонсора.

- Бегите, просто бегите, - шептал с потолка Ципес.

- Мать…, -  тихо сказал Полунин, рушась по лестнице вниз.

Когда я нашла Игоря и Артема ниже пролетом, лежащих в обнимку, они оба посмотрели на меня очень внимательно идаже строго.

- Где она? – спросила я шепотом.

- Убежало, - ответил Сухоревский, не разжимая объятий, доверчиво прижимаясь к Артему, - посмотри, Сашенька, оно обратно не возвращается?

- Нет, - я боялась повысить голос.

- Это хорошо, - заметил Полунин, - кстати, Игорешь, помнишь, я ругал твой вкус насчет стройных девушек, селедки говорил, то-се? Забудь… И еще. Мне нравились игры всякие в постели. Теперь все. Как отбило.

На последнем слове Сухоревский вздрогнул.

Протягивая Игорю Владимировичу руку и помогая подняться, я спросила.

- А что будет с Басей?

- С Басей у нас не будет ничего, - уверенно заявил снизу Полунин, - и у Баси с конкурсом тоже. Она уволена.