Она собиралась заняться со мной любовью, а у самой – прыщ на попе! Представляешь? Полное разочарование в женщинах.

Алиса почему-то уверена в романтичности и скромности Артема. Директор множества шоу-мероприятий, владелец нескольких компаний по организации праздников и выступлений – в ее глазах - редкостно наивный милаха, легкая жертва для опытных растлительниц.

Иногда мне кажется, нас, обычных приземленных людей без розовых очков, на Земле по пальцам. И только мы знаем: люди чистые не потому, что им повезло такими родиться; у девчонок на попе случаются прыщи и все равно они лучше журналов; а Артем Полунин – взрослый успешный мужик, который кого хочешь сам растлит.

- Я тоже заметила в нем романтическую нотку. Возможно, он девственник, - грустно сказала я рыжей."

"- Да ты что? – не часто можно увидеть, как у людей отвисает челюсть.

- Угу, ты там с ним поаккуратнее.

Похлопав Алису по плечу, я развернулась и отправилась к себе. Привидения, Белые Девы, девственники и свадьбы. Да пошло все в парилку. Мне нужно срочно разобраться со своей дикой суперспособностью, это самое главное.

И только попав с совершенно темный холл я поняла, насколько это нужно было сделать срочно.

Потому что холл был совершенно мне не знаком. Затхлый запах, когда-то шикарные зеленые с золотом, а сейчас просто висящие грязными гроздьями обои. В испуге обернувшись, я обнаружила, как медленно, словно издеваясь, захлопывается за моей спиной дверь.

- Вот и пришла пора бежать, - сказал кто-то хрипло и дохнул холодом.

У стены начала подниматься белая полупрозрачная фигура, подтягиваясь на длинных костистых руках. Зомби или упырь поднял голову и взглянул на меня красными светящимися глазами.

Вот и все, Саня, допрыгалась. Думала о привидениях и тебя тут же забросило в какой-то серый филиал ада.

- Беги, - посоветовала мне колышущаяся фигура.

И я побежала. Куски бумаги и тряпок скользили у меня под ногами, мелькали странные залы и комнаты с разваленными ржавыми кроватями. Пару раз монстр, к которому попала глупая Саня, чиркал когтями стену буквально рядом со мной.

Двери, по закону подлости, или отсутствовали, или висели в этом странном месте криво, на поломанных петлях. Мне оставалось только бежать, почти без надежды, все чаще спотыкаясь, прокусив губу до крови. Сначала открылось второе дыхание, потом третье.

На четвертом даже не дыхании, а издохе, когда и я уже еле шкандыбала от усталости, с края зрения мелькнуло что-то необычное. Сделав круг раненым истребителем, я вернулась в эту комнату и обнаружила, что меня привлекла почти целая закрытая дверца на шкафу.

На несколько секунд эта простая раскрашенная лиственным узором старая дверца стала для меня центром вселенной.