Сама пробегу, а ты внимательно смотри как это делается, будь благодарной.

Берешь ты, Саня, эту Мертвую Лошадь, взгромождаешь на себя и ковыляешь к финишу. Приходишь, естественно, последней. В мыле, на трясущихся ногах, разбитая, с Мертвой Лошадью на плече.

На следующем соревновании – флажки, трубы, конкуренты. И ты – с красивой Мертвой Лошадью, полная надежд.

Если Лошадь ведет себя странно, - говорила Фира, - не отвечает на твои просьбы, не двигается. Если ты ее мотивируешь, убеждаешь, помогаешь, ласкаешь, а она только молчит и пованивает, возможно, она Мертвая. Лучше проверь. И не тащи ее на себе бесконечно.

Я шла по притененным коридорам Асташево в поисках слишком долго гуляющего неизвестно где Ципеса и отчаянно надеялась, что наши отношения с Полуниным не станут моей Мертвой Лошадью.

С такой ношей на плече я долго не протяну. Мама права, никакая любовь без поддержки долго не проживет.

Брела я в шортах, футболке и тапочках. Без макияжа. Ну и пусть меня увидят пафосные люди, которые даже в окно при параде выглядывают. Вот такая я естественная и природная, в конце концов, ночь на дворе, нечего по коридорам шастать. Это мне без Ципеса в шкафу никак засыпать нельзя, он же сам не сможет дверь открыть, бедняга, изнервничается к утру.

Пора его домой попытаться отправить, завтра же попробую.

Со стороны лестницы в Зимний Сад мне послышались негромкие бессвязные вскрики. Только бы не мой заблудившийся прозрачный приятель. Я побежала, перепрыгивая через ступеньку, ворвалась в широкую светлую галерею и замерла в недоумении.

Ципес гонял другое приведение. Нежное белое облако, отдаленно напоминающее женщину, металась между посадками и кадками с цветами.

Раньше я предполагала чей-то злой умысел и розыгрыш, но сейчас в сумрачном Саду скользила тоненькая неземная фигурка в полупрозрачном ареоле. И я испугалась, судорожно вспоминая хоть что-то о привидении.

Белая Дама, какая-то история несчастной любви и предательства. Насколько помню, такие призраки нуждаются то ли в решении неосуществленной при жизни задачи, то ли в перезахоронении остатков. Представив себя с лопатой наперевес и мешком костей, бегающей ночью по территории поместья в поисках мягкой земли, я содрогнулась.

- Подожди! Подожди, пожалуйста! Давай поговорим! – громко шипел Ципес, загоняя незнакомку. – Не бойся меня.

Да он сейчас девушку второй раз на тот свет отправит. Она же, насколько я помню, мужчин ненавидит.

- Что за брачные игры, Ципес! – закричала я. Людей здесь по ночам не бывает, так что можно было не опасаться быть услышанной. – Ты же видишь, девушка не готова к вашему виду размножения или чего там ты от нее хочешь.

Белая Дама подпрыгнула, тихо ахнув, и заметалась с удвоенной силой.