Ой, что же в этой истории Лев Гумилев напишет? Если тут его «Этногенез и биосфера» и «От Руси до России» стали основой для только что вышедшего фундаментального труда «под редакцией» самого Сталина (не с его единоличной подписью, а как бы во главе коллектива)? И кстати, выходит, что гонений на вейсманизм-морганизм уже не будет, если прежний марксистский лозунг, что из чего угодно можно вырасти или воспитать что угодно, теперь сам Вождь изменил и дополнил, что теоретически так и есть, но практически надо затратить очень различающиеся время, энергию, прочий ресурс: «Можно из свинца золото сделать превращением атомного ядра, но гораздо проще, быстрее и дешевле добывать золото из золотой руды». Но тогда законное право на жизнь имеет и пассионарность, и определение этноса как не просто населения данной территории, а живущего по определенным правилам, кто друг для друг «свои». А как это будет соотноситься с ортодоксальным марксизмом – если пассионарность не во всем совпадет с интересом, и может дать весьма значительное отклонение исторического процесса в целом? Выходит, товарищ Сталин решил принять вызов истории относительно новых идей? Уважаю!"

"– Не, они и тогда слабее наших были, – говорит Булыгин, – как в книжке той, про викингов и Древнюю Русь. Где их какой-то главарь с войском в Полоцк приплыл и стал хвалиться, что если захочет, князем там станет он, сколько викинги в Европе городов взяли и пограбили. А князь Всеслав ему ответил: «Ярл, если ты немедленно не уберешься, завтра здесь не останется ни одного живого викинга». Так они не в драку полезли, а быстро смотались, не доводя наших до греха. После этот ярл им речь толкнул, прям как комиссар: «Позор, викинги, что испугались, нас же теперь в Валгаллу не пустят!» Чтоб пустили, надо, значит, побольше награбить. И поплыли дальше, по Днепру на юг. И навели шум по всей Византии, ну как Ковпак на фрицев. А когда ладьи их уже перегружены были трофеями и пришло время возвращаться, сказал ярл: «Вы великие воины, нет вам равных! Но если пойдем мы назад так же, как пришли, то славяне, увидев нашу добычу, нас убьют и всё отнимут. Потому идем домой по океану, заодно в Лондон заглянем, ограбим его еще раз».

Я лишь плечами пожимаю. Поскольку книжку, которую Булыгин вольно пересказывает, я читал еще пацаном. Андрей Серба писал у нас в семидесятые – восьмидесятые: «Заговор против Ольги», «Мечом раздвину рубежи», «Пластуны», «Веди, княже», «Убийцы для императора» – как здесь решено было обратиться к славной военной истории, и погоны, и Суворов с Кутузовым, так и эти книжки, кажется, еще не родившегося писателя, оказались востребованными, вышли в серии «Библиотечка солдата и матроса».