– Ай-яй-яй! Занятно-то как! Ну а еще что? Как с Годуновым-то, с Борисом?

– Вижу сияние венца его, но пока неотчетливо видение сие проступает. Устал я, Демьян. Уж очень много сил предсказания забирают.

– Отдохни, отдохни, чай никуда более надолго не собираешься?

– Об этом годе нет, отойти от похода еще не успел, дела накопились.

– Вот и славно. Давай по чарочке за предсказания твои.

Демьян разлил вино по чаркам. Мы чокнулись и выпили. Рейнское винцо-то кисловатое, привык я уже к итальянскому.

– Помощь моя нужна ли? Ты говори, не стесняйся! Обязан же я тебе, вроде как за предсказания твои верные и полезные.

– Будет нужда, боярин, непременно обращусь.

– Ты это – ежели в видениях твоих про меня чего будет – сразу стрелой ко мне, хоть днем, хоть ночью.

Я раскланялся с Демьяном и вышел из дома. Фу, опять пронесло! Я каждый раз рискую головой – крут наместник на расправу. Да, видимо, хоть и не понравилась ему моя отлучка, жажда узнать предсказание оказалась сильной.

Надо и в самом деле делами заняться, все визиты наносил после возвращения. Дело нужное, вежливость соблюсти, лицо не потерять, хоть и не дворянского звания.

Первым делом дом посетил, который снимал под амбулаторию. Все в целости и сохранности, только пыль везде лежала толстым слоем. Так то не беда. Нанятые за пару полушек соседки за полдня пыль вытерли да полы вымыли, хоть завтра прием начинай.

И люди меня не забыли: узнавали на улицах, здоровались, интересовались – что так долго меня видно не было.

Я перевез от купцов зеркало, купленное в Италии. Самолично гвозди вбил и повесил. Отошел, полюбовался, поправил немного. Надпись попробовал прочитать, да не получилось. Пусть висит. Пациенты смотреться будут, я поглядывать, вспоминая другие времена.

Следующим днем я инструменты свои в порядок приводил – чистил, кипятил. Надо продолжить заниматься врачеванием, руки и голова практики требуют. Да раздумывал – не поехать ли к камню на берегу Клязьмы, не выкопать ли злато-серебро?

В это время раздался стук в дверь.

– Открыто, входи!

К своему немалому удивлению, я увидел Аристарха. На боку у боярина висела подаренная мною несколько дней назад испанская шпага. Вот уж кого не ожидал увидеть!

– Здрав буди, Юрий!

– И тебе долгих лет, боярин.

– Вот, по делам в городе был, навестить решил.

– Проходи, боярин, садись. Прости, угостить нечем – не живу я здесь, дом только снимаю для работы.

– Лечишь, значит, здесь.

– Именно так!

Аристарх встал, обошел комнаты.

– А живешь где?

– Недалеко отсюда, у бабки Ефросиньи комнату снимаю.

– Так у тебя что – и жилья своего нет? – удивился Аристарх.

– Не обзавелся пока.

По-моему, старый боярин расстроился. Надо думать, что, по его понятиям, человек без своего жилья – личность несерьезная, вроде как бомж сегодня.