Агент Сеймур также опубликовал тщательно сформулированное заявление, в котором выражались шок и ужас по поводу находок на ферме Чепмена, о которых Ноли, естественно, ничего не подозревала.

Джонатан Уэйс был арестован при попытке проехать через границу в Мексику. Он улыбался в той мягкой, самодовольной манере, которую Робин так хорошо знала по фотографии, на которой он был запечатлен в наручниках. Отче, простите им, ибо не знают, что делают."

"Храм на ферме Чепмена был тщательно обыскан полицией, журналистам стали известны средства, с помощью которых проводились иллюзии, а также фотографии кнута и коробки. Различные телесные жидкости, сохранившиеся в матрасах и постельных принадлежностях в Комнатах для Уединения, были взяты на анализ, а лес на ферме Чепмена оцеплен. Топор и земля, украденные Мидж, были переданы в полицию, а Уордл позвонил Страйку и сообщил, что рядом с гниющими деревянными столбами была откопана бедренная кость маленького ребенка. Очевидно, свиньи не успели съесть всю Дайю Уэйс до того, как Джордану Рини пришлось вернуться в постель, а Эбигейл Уэйс успела выйти во двор и увидеть в темноте, как проезжает грузовик с соломенной фигурой.

В то же время бывшие члены церкви все чаще заявляли о себе. Чувство вины и стыда заставляло их молчать, иногда десятилетиями, но, успокоенные возможностью получить иммунитет от судебного преследования за свои действия, совершенные под принуждением, — от нанесения побочных действий и помощи в незаконном захоронении тел до неоказания медицинской помощи четырнадцатилетней девочке, умершей при родах, — они были готовы найти катарсис в показаниях против Уэйсов.

Но были и те, кто не видел ничего дурного в том, что было сделано. Дэнни Броклз, бывший наркоман, который вместе с Джонатаном Уэйсом ездил по стране, превознося достоинства церкви, был допрошен. Он, рыдая, заявил, что все доказательства правонарушений были подброшены агентами Противника. Общественность должна была понять, что за этой попыткой уничтожить папу Джея и церковь стоят сатанинские силы (но, судя по гневным и возмущенным комментариям, появляющимся в Интернете под каждой статьей о ВГЦ, общественность ничего не поняла). А Бекка Пирбрайт, остававшаяся на свободе, дважды выступала по телевидению, выдержанная и располагающая к себе, спокойная и обаятельная, с презрением относящаяся к тому, что она называла пугающими и сенсационными репортажами, отрицающая все свои личные проступки и называющая Джонатана и Мазу Уэйс двумя лучшими людьми, которых она когда-либо знала в своей жизни.

Робин, наблюдая за Беккой дома, снова подумала о том, что церковь — это вирус.