— Вы, должно быть, считаете меня ужасным человеком, — бормочет она, продолжая прижимать лед к своей щеке. Он уже немного подтаял.

— Я знаю, что в нем есть ужасная сторона, и он раскрывает самое ужасное в окружающих его людях. Мейсон может быть очень убедительным, если чего-то хочет. Это у него от меня. Пей.

Она пьет. Я пью. Она вопросительно смотрит на меня.

— Что мне теперь делать? — задает вопрос, как будто я Бог."

"— Хоть я и вижу все, но не все знаю, — говорю я. — И, конечно же, у меня нет решения для этого дерьма, которое он творит там, внизу, в своем подвале. — Я решаю использовать более мягкий метод, чем обычно с тобой, Оливия.

Она гораздо более хрупкая, чем ты когда-либо была. Раш в подвале сломал тебя не за одну неделю. — Ты любишь Райли или Мейсона? Если ты это знаешь, значит, знаешь, что делать.

— Я люблю Мейсона, — говорит она, будто выстрелив из пистолета. Я не понимаю, что она в нем любит. Сидит здесь передо мной, с синяком под глазом, благодаря ему, и даже не задумывается о своем ответе. Это, должно быть, любовь. Больной вид любви, как у нас когда-то, Оливия. Но я никогда не бил тебя, если ты того не хотела.

То, что происходит в спальне — другое дело.

— Быстро же ты ответила. Пей. — Она выпивает и выглядит немного шокированной тем, что только что вылетело из ее рта. Как будто сама только сейчас поняла это.

— Я тоже не знала до сих пор, — вздохнула она. — Просто сидела здесь и подумала, что с ним не может быть по-другому.

— Серьезно? — с сомнением спрашиваю я. — Совсем никак?

— Я должна была давно бросить Райли.

— Так брось его. Пей.

С каждой рюмкой она становится откровеннее. Даже сама с собой.

— Я не могу.

— Почему нет?

— Это уничтожит его.

И я хочу быть с ним. Вообще-то, мне казалось, что мы счастливы… пока не увидела этого сломленного мальчика на похоронах. — О Боже, она говорит о похоронах твоей матери? Мы в жопе, Оливия. Собирай чемоданы, мы съезжаем.

Даже я начинаю немного пьянеть, и да, мне скоро нужно на работу. Вместо этого я сижу здесь пью с любовницей Мейсона и невестой Райли.

— Ты должна принять решение! — говорю я серьезно. — Потому что сложившаяся ситуация будет сводить его с ума все больше и больше. И я не знаю, сколько еще ты сможешь вынести.

Она виновато смотрит на стол.

— Я знаю. Мне из-за этого так плохо. Но и так хорошо. — У этой девушки большие проблемы. Это в стиле Мейсона — издеваться над совершенно измученной душой.

Я наливаю нам еще.

— Мейсон всегда был не такой, как все. С самого начала, когда он был еще ребенком. Райли старше его на семь лет. Он всегда все делал правильно. Оценки, друзья… Хотел компенсировать свое увечье, свой порок, всем, что в его силах, хотел быть идеальным. Мейсон, наоборот, с самого начала был демоном. — Она смеется, а я улыбаюсь.