Одно время в храме была казарма размещенного здесь отряда ЧОНовцев, потом из него сделали склад пушнины. Потом случился пожар на складе по чьей-то халатности. Виновника расстреляли или посадили, а храм так и остался выситься черным надгробным памятником над рекой.

Даже с расстояния метров в пятьсот было видно, что кладка в основном сохранилась. Сгорели перекрытия и стропила, все поросло бурьяном и кустарником, но стены устояли, вопреки всем социальным потрясениям. Отец Василий шел по тропе в сторону обрыва и дышал чистым воздухом, наполненным лесными запахами. Тропа была утоптанная, виднелись даже следы автомобильных колес.

Священник вспомнил, что расчистка развалин уже началась и машинами вывозился мусор. Кроме того, тропа вела мимо храма к спуску. Там внизу стояла коровья ферма, и работникам ходить туда мимо храма было ближе.

Отец Василий не спешил. Хорошо не только дышалось, но и думалось. Тайга, совсем почти не тронутая тайга. Практически первозданная природа. Наверное, здесь будет хорошо служить, подумал священник, только вот сынишке придется ездить в школу в такую даль. А каково здесь зимой? Говорят, что морозы достигают минус пятидесяти.

Отец Василий шел легким шагом, ступая по траве почти неслышно – не потому, что он хотел скрыть свое передвижение, а потому, что ему не хотелось нарушать своими шагами покоя природы. Дорога раздваивалась. Точнее, одна дорожка свернула влево к ферме, а к храму вела еле заметная тропка, которую почти скрывала выросшая трава, которую не смогли склонить колеса грузовиков. Отец Василий глянул влево и шагнул к храму, когда внутри у него вдруг что-то щелкнуло."

"Священник остановился как вкопанный.

Послушные мышцы напряглись, готовые к действию, мозг быстро перебирал в голове, что же привлекло внимание и не соответствовало гармонии окружающего. Неясное чувство тревоги заполнило все внутри. Отец Василий понял, на что он успел обратить внимание боковым зрением. Боевые рефлексы его не оставляли и глаз был по прежнему остр.

Отец Василий сделал шаг назад и посмотрел в сторону тропы, ведущей на ферму. Метрах в двух от тропы прямо над землей за куст зацепилась какая-то белая тряпка. Что-то ему сразу подсказало, что ее принесло сюда не ветром.

Подойдя ближе, отец Василий сразу обратил внимание, что на утоптанной тропинке и на траве возле нее большое пятно, которое не успело высохнуть. Он присел на корточки, сорвал травинку и поднес ее к носу. И без этого было понятно, что здесь разлили молоко. Естественно, ведь тропинка ведет к ферме. Но его тут разлили всего несколько минут назад, а навстречу священнику никто не попался. А тут еще в стороне от тропинки на кусту висит явно женская косынка. И трава примята, как будто тащили что-то тяжелое.