– Не зуди, говори, чего надо, – ворчливо отозвалась женщина. И не дождавшись быстрого ответа, спросила сама: – Ректор прислал?

Я кивнула.

– Новенькая?

Снова кивнула.

– Ну так бы сразу и сказала, – буркнула она, развернулась и ушла.

Что?

– Эй! – возмутилась я. – Вы куда?

Что вообще здесь происходит?

Но женщина уже вернулась, держа в руках стопку белья.

– Не эйкай мне! – она бухнула стопку на стол у самой двери. – Меня зовут госпожа Биргенам. Так ко мне и обращайся. Я в этой Академии, можно сказать, самое главное и ответственное лицо. Кастелянша! Если тебе понадобится решить любой хозяйственный вопрос, приходи сюда. Как зовут?

– Инна Оленьева, – автоматически ответила я, всё ещё находясь в ступоре.

Женщина, то есть госпожа Биргенам, достала из ящика стола толстенный гроссбух и взобралась на массивный стул, жалобно скрипнувший под её весом.

– Ин-на, – вполголоса повторила она, добавив: – Имя рода тебе здесь не понадобится. Теперь ты одна из лейв.

А потом начала выписывать в тетради ровные строки.

– Что вы пишете? – даже не видя, что именно она там выводит, я понимала, что моё имя значительно короче, оно не может занимать несколько строк кряду.

Госпожа Биргенам проигнорировала мой вопрос, продолжая писать, а потом развернула гроссбух ко мне, протянула гусиное перо с чернильной каплей на конце и велела:

– Расписывайся.

– Не буду.

Я даже сложила руки на груди, чтобы меня не заставили подписать непонятно что.

Может, она хочет, чтобы я всё время обучения ей бельё стирала или полы мыла. Так вот, на такое я не соглашалась, когда ехала в эту академию. Меня и так привезли сюда против собственной воли, а ещё хотят, чтобы я на них батрачила?

Госпожа Биргенам снова развернула гроссбух. Укоризненно на меня посмотрела, прежде чем прочесть только что написанное.

– Постельное бельё – два комплекта, полотенце – две штуки, форма ежедневная – две штуки, чулки – две пары, – я уже поняла, что это список выдаваемых мне вещей.

Стало неудобно перед женщиной, которую я оторвала ото сна, ещё и задерживаю, не позволяя скорее вернуться в постель.

– Извините, госпожа Бирминбам, – я смиренно вздохнула.

– Биргенам! – рявкнула она так, что стеллажи затряслись.

– Да-да, – я поспешно схватила перо. – Где подписать?

Кастелянша ещё долго ворчала, что со мной хлопот не оберёшься, она это сразу поняла. Я старалась не возражать, чтобы скорее уже уйти отсюда. Но, когда оказалась за закрытой дверью, которая вновь слилась с перегородкой, задалась главным вопросом:

– А куда мне идти?"

"К счастью, красный шарик замигал впереди, привлекая внимание. И я с облегчением зашагала следом за ним.

Шли мы так же долго. Вот только теперь лестницы часто вели вверх. А потом проводник и вовсе привёл меня в башню.